Его шаги застучали по полу, следуя за мной. В три шага он догнал
меня, схватил за руку и остановил. Он был так близко, что я могла видеть
влажные пряди его волос и даже каплю дождя на его брови. Запах металла и
дыма, который окутывал его, был каким-то успокаивающим. В нем
ощущалась сила, сила, которая перетекала сквозь его пальцы в мою руку.
— Я хочу, чтобы вы съедали обе порции, — повторил он еще тверже.
— У меня все в порядке. — Но как только я произнесла эти слова, мой
желудок издал ужасное рычание. — Хотя было бы лучше, если бы бульон был
чуть более густым. Может быть, вы поговорите с поваром об этом.
Он нахмурился:
— Вы упрямая женщина.
— Да, это так. Спасибо, что обратили внимание.
Его грозное выражение лица излучало раздражения, и я почти ожидала, что он даст волю ярости, сделает мне выговор, который я заслужила, а потом
быстро утащит из солдатских казарм в крепость, где велел мне оставаться.
Но спустя несколько мгновений его плечи опустились, и он отпустил меня.
— Простите, миледи, — прошептал он, и его голос смягчился. — Нам не
следовало приглашать вас в гости. Тогда вы не оказались бы в ловушке
посреди войны.
— Вы не провидец. Вы не можете предсказать, когда ваши соседи решат
напасть.
Он опустил глаза, но я успела заметить чувство вины в его глазах:
— Мы знали, что находимся под угрозой нападения. Лорд Питт послал
своего капитана предупредить нас задолго до вашего прибытия.
Я попыталась переварить эту информацию. Он пригласил меня в
Мейдстоун, хотя ситуация была крайне нестабильна?
— Мне не следовало приглашать сюда ни одну женщину. — Отчаяние
пронизало его голос. — Мне следовало сказать вам и вашей бабушке, чтобы
вы не приезжали.
— Или, по крайней мере, рассказать нам о грозившей вам опасности и
позволить самим решить отважимся ли мы на этот визит.
Он склонил голову:
— Я намеренно обманул вас, миледи. Я не заслуживаю вашего
прощения, но я надеюсь, что однажды вы найдете в своем сердце силы
простить меня.
Холодный ветерок ворвался в дверь и прошелся по мне. Я накрыла
своим плащом одного из раненых. И теперь не могла предотвратить дрожь, которая прошла через меня. Я обняла свое худое тело.
Может быть, он и непреднамеренно ранил мои чувства тем вниманием, которым окружил, чтобы я согласилась на брак. Но скрыть такое? Скрыть
такую информацию от бабушки и меня? У него не раз была возможность
рассказать нам о серьезности ситуации, особенно после визита капитана
Фокса. Он мог бы отослать нас. Но он смолчал. И вот мы здесь, посреди
битвы, медленно умираем от голода.
— Если бы я беспокоилась только о себе, то, наверное, смогла бы
простить вас, — сказала я. — Но я отвечаю за бабушку. И мне невыносимо
думать, что я напрасно подставила ее под удар.
— Я знаю. — Его голос был низким и хриплым. — А мне невыносимо
думать, что я втянул вас обеих во все это.
Рассудком я понимала, что его намерения были благородными. Он
всего лишь надеялся устроить брак, чтобы спасти семейное состояние. Он
был готов пожертвовать своими собственными желаниями и планами, чтобы
сделать то, что было лучше для семьи. Тем не менее, я не могла
проигнорировать боль в своем сердце из-за того, что он поставил нужды
своей семьи выше нашей безопасности. Я не могла легкомысленно
относиться к этому обману. Я не могла притворяться, что ничего страшного
не произошло. И не могла прикрывать все это шуткой. Все, что я могла
сделать, это отвернуться от него. Мне хотелось убежать от боли. Но идти
было некуда. Я была в ловушке, в такой же ловушке в стенах замка, как и
мои чувства к нему.
Я выскочила за дверь и упала в грязь, а дождь хлестал меня, наказывая
за то, что я так заботилась о нем, хотя разумнее было бы этого не делать. И за
то, что продолжала заботиться, хотя знала, что должна остановиться.
Я смотрела сквозь зубцы парапета и мои глаза, следя за Беннетом, выдавали всю решимость. Сколько бы я себя ни ругала, я не могла
удержаться от того, чтобы не вскарабкаться на вершину башни. И я не могла
удержаться от страстного желания снова поговорить с ним, пошутить или
погрузиться в серьезную беседу на тему, которая не интересовала бы никого, кроме нас двоих. Я грустно улыбнулась этой мысли и тому, что не видела его
и не разговаривала с ним с того самого дня в гарнизоне.
Прошла еще одна унылая неделя, пока, наконец, облака не разошлись и
не выпустили солнце. Но после такого продолжительного дождя земля
вокруг замка была мокрой и грязной. Катапульты лорда Питта крепко
застряли, и он не пытался врукопашную взять крепость. Пока. Возможно, он
ждал, пока земля высохнет и затвердеет, прежде чем начать бомбардировку.
Вдалеке был виден дым костров, которые вились над их палатками.
Интересно, они такие же промокшие и несчастные, как и мы?
Как бы то ни было, у лорда Питта было преимущество. Мы не сможем
продержаться намного дольше. Когда слуги принесли блюдо с жареным
мясом и последнюю репу, я пошутила с леди Элейн, что мы пируем, как
королевы. Она оттолкнулась от стола, и ее вырвало. Я поняла, что идея
