Она попыталась придать голосу как можно более спокойный тон, надеясь скрыть, что только что вышла из боя. Признаваться тёте, что она убила с десяток японцев, в её планы не входило.
— Эми в больнице…
Вики сосредоточилась на вопросах, льющихся на неё из трубки телефона, стараясь следить за словами. Свои недостатки она знала и сейчас не тот случай, когда можно позволить себе сболтнуть лишнего или навести тётю на неверные мысли.
— Не знаю, собираюсь выяснить в ближайшие минуты…
Было сложно подобрать правильные ответы, не прибегая к прямой, а от того легкопроверяемой лжи, но Вики в конце концов справилась с этой задачей. По её задумке тётя должна была сама сделать вывод из её слов, что она сейчас вместе с Эми в больнице.
— Хорошо. — Вздохнула Вики, изображая недовольство.
Тётя сказала сидеть в больнице и не высовываться на улицу, а Вики, в свою очередь, должна была сделать вид, что ей это не по нраву. И как она могла понять, у неё всё получилось. Во всяком случае, голос тёти не звучал подозрительно, когда она прощалась. Буря миновала. Лгать по мелочи она привыкла, но никогда в её жизни её ложь не должна была спрятать нечто столь важное как убийство. Черт, до этого дня она больше всего переживала о том, как когда-нибудь придётся скрываться от мамы, если Дин все же сможет её соблазнить. В её мыслях это и было той самой грандиозной ложью, которая имеет хоть какие-то шансы на осуществление. О том же, что ей придется скрывать убийство, она никогда даже не помышляла. Что уж там, она никогда не думала, что по-настоящему на такое способна.
Странно жизнь повернулась. Утром она переживала, что её сестра лесбиянка, в тайне её вожделеющая, а сейчас думает, как бы скрыть кровь на своих руках.
Кровь на руках…
Виктория посмотрела на свои руки. Никогда она не била людей во всю силу и у неё как то из головы вылетело, что руки обязательно замараются, если пробить человека насквозь. Она осмотрела себя с ног до головы.
Оказывается, убивать людей голыми кулаками чертовски грязная работа.
— Кровь, — Простонала Виктория, скривив лицо. — Она даже в волосах.
А потом её взгляд упал на пса, пасть которого была вся в крови.
— Замечательно. Мне конец. Тебя усыпят, а меня выпорют и отправят в Клетку. Но сначала Эми меня проклянёт.
Обессиленно опустившись на корточки, Вики скрыла лицо руками, вцепившись в волосы на затылке.
Она думала. Думала, как можно в кратчайшие сроки исправить ситуацию и избежать вопросов и подозрений.
Тщетно. Даже если какой-нибудь чудик еще не увидел её, и не сфотографировал с окон домов разбросанных вокруг её стоянки, есть все шансы, что полиция заинтересуется: кто же это автор тех фатальных увечий, которые привели к смертям японцев? Она не знала как, но не сомневалась - этот клубок полиция раскрутит, и ниточка обязательно привёдет к ней. И как бы она не думала, она не нашла способа избежать обвинений, она даже не сможет подозрений избежать. Первый перекрестный опрос её и свидетелей в той же больнице выведут её на чистую воду. А затем обвинения, суд и Клетка. И разочарование в глазах семьи. Взрослые… может, и не открестятся от неё, но отношения будут уничтожены. Как же. Младший член Новой Волны массовый убийца. Несмываемое клеймо на репутации.
Смерть всей идеи.
Смерть Новой Волны как сплоченной группы.
Её не простят, она себя не простит, убив дело жизни её близких. Кузены? Почти тоже, но с небольшой скидкой. В любом случае, о таком же общении, какое было ещё сегодня можно будет забыть, и винить их она не сможет. Смерть репутации Новой Волны ударит и по ним. Эми, добрая сестра, в жизни никого не обидевшая… даже её Сила направлена на помощь другим, но только не ей… как она теперь будет смотреть ей в глаза? Что увидит сама, если посмотрит в них?
Вики вздрогнула, когда шершавый язык прошелся по её рукаву. Раздвинув руки, она увидела перед своим лицом окровавленную собачью морду.
— Мы замарались, да? — Криво улыбнулась Виктория, вытерев слёзы чистым рукавом. — Сильно замарались. Девочка-убийца и Пёс-людоед. Кровавый Дуэт Восточного Побережья. Встречайте! — Горько воскликнула Вики. — Только сегодня! Только на нашем телеканале! Как же…
Нос защипало, Вики против воли скривилась, снова заплакав. Осознание, что как раньше ничего не будет, ударило по чувствам, лишая желания что-либо делать. Её жизнь разрушена, остались только угольки, припорошенные пеплом старой жизни. Впереди ждут только боль и страдания её родни.
Вики была плевать, что ноги ослабли от напряжения, и она, в конце концов, упала на пыльный бетон. Бессознательно раскачиваясь из стороны в сторону, не понимала, что вот-вот начнет рвать локоны, накрученные на тонкие пальцы. Не понимала, что неосознанно сосредоточившись на боли, она не облегчит боль другую, имеющую иной источник. Всё, что она знала – это то, что боль физическая может немного притупить то… не чувство… осознание, что она всё испортила и всех подвела.
Испортила, подвела саму себя.
— Боже… — Из девичьего горла вырвался тонкий, едва слышный, неразборчивый стон — убей меня.
========== Часть 21 ==========
Комментарий к Часть 21
