— Вспомни Эллисбург и Гэри. — выплюнул Пелид. — В обоих этих городах не СКП, так Котёл, но кто-то обязательно пытался нам помешать тем или иным образом. А та самонадеянная попытка похищения Нилбога у меня прямо из-под носа… — отражение оскалилось, — Это было нагло. И глупо.
— Но та их ошибка обернулась нам на пользу. Мы узнали, что у них есть свой сильный телепорт, — Смит ухмыльнулся. — Хотя это было на грани… та стерва в строгом костюме почти достала нас.
Отражение весело засмеялось; звонкий смех Пелида несколько секунд гремел в голове Смита.
— Нужно быть кем-то большим, чтобы достать меня. — Зло выплюнул он, оборвав свой смех. — Кем бы ни была та женщина, уже тогда я ей был не по зубам, но сейчас, когда ты приблизил свой конец… если она появится снова - я вырву из неё жизнь. Но вся соль в том, что она не показалась мне идиоткой. В этот раз она вмешается иначе. Это-то меня и беспокоит. Не люблю хитрых противников. Это не говоря о том, что сам Котёл всё ещё остается для нас тёмным пятном в ночном небе. Как закончим с этим городом, нужно будет активнее начать охоту на их Дилера, что торгует способностями. Думается мне, что, прежде чем продолжить выполнять твой план, нужно убить эту Химеру, иначе всё может оказаться сизифовым трудом.
— Тут ты прав, — Вставил Смит. — Тем более, что у нас сейчас есть хоть какая-то достоверная информация об этой организации. Её критически недостаточно, но это много больше, чем у нас имелось ещё год назад. Да, Котёл необходимо уничтожить, слишком глубоко они пустили свои корни во все сферы жизни моей страны, чтобы не обращать на них внимание. Но, что касается Косты-Браун… — Смит тряхнул головой. — Она опутана законами больше, чем мы с тобой. У неё больше нет власти над этим городом, и ей либо придется утереться, либо нас ожидают крупные проблемы. Но, думаю… насколько понимаю то, что видел в отражениях твоей памяти… нам теперь можно не опасаться новых покушений.
— Возможно, но исключать ничего нельзя. И не стоит забывать о Триумвирате, — Кивнуло отражение. — Александрию я убью. — Пелид рубанул рукой по воздуху. — Тут не о чем говорить. Но тот содомит может неприятно удивить; ты встречи с ним не переживешь, если он не полный кретин или если он не попытается тебя захватить. Ну, тогда он сам себе дурак будет и смерть встретит такую же бездарную. Эйдолон… с ним всё сложнее. Ублюдок, пожелай этого, может этот город стереть с карты мира. Ультимативная единица как СКП в частности, так США в целом. Но, пока до этого не дошло, у нас есть шансы. Но, если они решат поохотиться на нас втроём, тут останется только бежать. — Покачал головой Пелид. — Хорошо, что Коста-Браун не может просто взять и натравить этих клоунов на нас с тобой.
— Когда я уйду, ситуация изменится, я вижу это в твоих мыслях. Они перестанут быть для тебя угрозой.
— Перестанут, — Вмиг растеряв благодушие, согласилось отражение. — Мне жаль, что это случилось так рано. Я не желал тебе такого. Но глупость, которую ты совершил… за неё придётся заплатить, и я тут бессилен. Ты умираешь Смит, умираешь много быстрее, чем должен был, происходи все те процессы плавно, так, как им было положено. И то, что я на несколько лет раньше обрету ещё один клочок своего могущества, когда ты умрешь, станет небольшим утешением для меня, и оскорблением для Лили.
— Не напоминай о ней, — Смит отвел взгляд, — Позже… — Он запнулся. Он продолжил говорить в слух. Его голос звучал тихим, едва слышимым шёпотом, — …она сказала, что позже заставит тебя открыть переход в преисподнюю, чтобы задать мне трепку. — Смит замолчал, посмотрев на Пелида. — Тебя ждут трудные времена, когда она примется выполнять своё слово.
— Я рад, что тебе доставляют удовольствие муки, что меня поджидают в будущем, — Смешливо произнес Пелид, перехватив взгляд Смита. Секунду его голубые глаза искали что-то на его лице. — Сейчас ты потребуешь, чтобы я не говорил ей правду? — Смит коротко кивнул. — Напрасно, Лили - дочь моя, сестра моя, друг мой. Она дорога мне, не меньше чем тебе. — Он медленно покачал головой. — Я не причиню ей такой боли, даже если придется вдребезги разругаться с ней. Истина о твоей смерти останется между нами.
— Но ты все же сказал ей, что я умираю. — Смит не смог не бросить этот упрек.
— Она имела право знать. И я просто был зол на тебя. Признаю это. Из всех человеческих смертей ты, именно ты, Смит, избрал самую паршивую.
— Хорошо, — Смит помассировал лоб, — Не мне корить тебя за это, не тогда, когда я заварил всю кашу.
