– Ничего не понимаю, – Аркадий в замешательстве потряс головой, а потом порывисто притянул её ближе к себе: – Маргарита, объясни нормально, это какая-то проверка, которую я не прошел, вернее, прошел как-то не так, как хотелось тебе? Как я должен был отреагировать на твои слова о сыне? Закатить сцену ревности? Или не поверить тебе и посмеяться, уверенный, что ты не с кем в отличие от меня не спала? Это что, месть за мои отношения с Софи?
– Нет, теперь я знаю, что именно с ней ты не спал, хотя усиленно делал вид, по совету Марка провоцируя меня на ревность. Даже в её контракт внес этот пункт, что она согласна оказывать тебе сексуальные услуги. Кстати, можешь его поблагодарить и выписать ему премию, его план сработал, я повелась.
– Откуда ты это знаешь? Никак ты снова стала ведуньей? Так? – не спуская с нее испытующего взгляда, Аркадий сильнее сжал её плечи.
– Мне больно! – тут же недовольно вскрикнула она.
– Извини! – Аркадий моментально отпустил её плечи, но только для того, чтобы в следующее мгновение подхватить на руки и крепко прижать к себе. – Извини, ласточка, не рассчитал. Так не больно?
– Отпусти меня немедленно и поставь на землю! – Маргарита с раздражением хлопнула его по плечу.
– И не подумаю, моя дорогая. Ты моя жена и раз теперь твои способности к тебе вернулись, не чувствовать, как я к тебе отношусь, ты не можешь, поэтому хватит злиться на то, что я способен простить тебе любой адюльтер. Не было его и прекрасно, я счастлив. Конечно, так шутить со мной с твоей стороны было немного жестоко, но я не в претензии. Пошутила и пошутила… поцелуй меня лучше, ты чертовски здорово умеешь целоваться.
– Я не шутила… – качнула она головой. – Я знаю, что у нас действительно будет сын.
– То есть ты на полном серьезе это сказала? – Аркадий осторожно опустил её на землю и, притянув к себе, заглянул прямо в глаза.
– Полнее не бывает. Через девять месяцев родится, и можешь ему анализ ДНК сделать, чтоб последние сомнения снять.
– Ничего я делать не буду, – судорожно сглотнув, Аркадий отвел взгляд.
– Боишься? А зря… – усмехнулась в ответ Маргарита.
– Ничего я не боюсь! – повернувшись к ней вновь, гневно выдохнул он. – Я верю тебе и твоих слов мне достаточно. Ясно?
– Ясно-то мне ясно, но я теперь боюсь, что вдруг ты все ж не до конца мне поверил и свою способность стать отцом решишь проверить еще с кем-то кроме меня, а я, как выяснилось, ревнива до жути. Так что по мне уж лучше бы ты анализ сделал…
– Ревнивица ты моя любимая, – Аркадий вновь порывисто подхватил её на руки и закружил по прибрежной гальке, – ну как я могу тебе изменить, если уже пообещал хранить верность, а? К тому же с твоими способностями, когда ты теперь враз меня изобличишь, ежели что… Так что, и не надейся, дорогая, причин для обвинений меня в измене ты не получишь. Особенно в свете того, что ты намерена сына мне родить. Вот зачем мне еще кто-то в этом случае кроме тебя? – остановившись, он поставил её рядом с собой и крепко к себе прижал.
Обвив руками его шею, Маргарита сама прильнула в ответ и, положив голову ему на плечо, тихо выдохнула:
– Я очень тебе благодарна… мне так легко и в тоже время надежно с тобой рядом… но я все равно боюсь…
– Чего? Того, что я закручу с кем-то кроме тебя роман?
– Нет, – замотала она головой. – Я себя боюсь…
– Себя? В каком смысле? Боишься, что ошиблась, и сына не родишь? Так этого не стоит бояться. На все воля Божья. Даст, будет сын, а не даст, так и только с дочкой неплохо проживем.
– Нет, этого как раз не боюсь. Вряд ли я ошиблась. Уж больно четкая картинка была, в таких случаях я еще не ошибалась, хотя, конечно, всякое возможно. Но не это меня пугает. Понимаешь, мне кажется я уже люблю этого не рожденного малыша, а дочь до сих пор не могу полюбить… Умом понимаю, что это неправильно, что я должна, обязана её любить, а не могу, хоть тресни… И я боюсь, что увидев мое отношение к брату она почувствует и поймет, что к ней у меня иные чувства… А если и у тебя к ней отношение изменится, то вообще кошмар будет…
– Маргарита, Маргарита, – Аркадий негромко рассмеялся, при этом ласково поглаживая её по плечам, – кто выдал тебе диплом психолога? Их нужно дисквалифицировать немедленно из педагогов, а тебя из дипломированного специалиста. Ты что забыла, что именно страх это основа любой фобии? А твое отношение к Катюше все больше и больше на фобию под названием «боюсь, я плохая мать» походит. Кстати, чем больше ты опасаешься, тем больше во всем этом вязнешь. Это замкнутый круг. Кстати, не ты ли несколько лет назад мне это объясняла?
– Чаще всего именно сапожники без сапог и ходят, – усмехнулась она в ответ.
