Примерно через пять минут недожаренный учитель замолчал, а мне стало интересно, кричал ли он так громко на сковородке. Наверное, да, те, кого жарили мы с отцом, кричали изо всех сил и очень долго — они никак не умирали. И в результате мясо получалось пережаренным. Отец тогда сказал, что слишком привык убивать долго, и просто не может с собой справиться, а при приготовлении пищи нужны не палаческие навыки, а кулинарный талант, которого у него нет. Хотя шашлык у нас получается очень хороший, так что он преувеличил.
Сидеть несколько часов подряд не меняя позы не сложно, а если при этом изучаешь любопытнейшие чужие эмоции и в полной мере ощущаешь себя высшим существом, даже интересно. Но постепенно я поняла, что время урока истекает. Эмоции врагов ясно говорили об этом. Что ж, я тоже хотела посмотреть на то, как они попытаются на меня напасть.
Раздался голос недожаренного учителя:
— Сдавайте работы. Молча. В алфавитном порядке. И задержитесь на пять минут, я сделаю объявление. — Одноклассники начали по очереди подходить к столу учителя и класть на него какие-то исписанные бумажки. Моя игрушка тоже последовала их примеру. Я не стала подниматься и даже не сменила позу. Меня это определенно не касалось.
Скоро все враги вернулись на свои места.
— В вашем классе стало меньше на пять человек. Они сейчас отсутствуют, и я не вижу смысла в том, что бы называть их имена. — Учитель сделал паузу. Странно, умереть те вражьи дети, которых я избила, были не должны, а речь шла определенно о них.
— Они не смогли справиться с магией, и это привело к травмам. А так же к исключению, потому что маги, которые почти не приносят пользы и не контролируют себя, нам не нужны. Заметьте! Если бы они не были лживы, исключили бы одного. Но они не признались в том, кто именно стал причиной происшествия. Запомните это. — Учитель еще раз сделал паузу. Одноклассники к концу речи стали сильно нервничать. Я не совсем поняла, почему. Какое им дело до исключенных? У нас никто, кроме родных, не стал бы беспокоиться из-за такой мелочи.
— Кроме того, как вы все заметили, у вас появилась одна новая ученица. — Голос учителя звучал мрачно. И покосился он на меня тоже не слишком добродушно. А от взглядов одноклассников можно было умереть — задохнуться от смеха. Но я сдержалась. Не смотрела на меня только Нэйле, вновь спрятавшаяся за волосами.
— Вы должны знать, что она выросла среди слуг Тьмы и не знакома с нашими обычаями. — Это кого он назвал слугами тьмы?! Отец не слуга никому, он один из тех, кто правит адом! А тьма просто часть нашего мира. Все же остальные мои знакомые подчиняются отцу, а не ей. Все, этот недожаренный умрет очень медленной смертью.
Одноклассники в ответ на заявление учителя стали еще агрессивнее. Ну-ну. Этих я смогу победить в одиночку, без магии и не ломая никому кости, потому что отец многому меня научил.
— Ее мать — из клана Виалл, и сейчас только от вас зависит то, останется ли это заблудшее дитя ей, что бы выйти на верный путь, или вернется во Тьму! — Я еще не заблудшее дитя, и им не стану. И вернусь к отцу в замок, а не в какую-то тьму. Этот недожаренный через пять лет будет с тоской вспоминать о сковородке, потому что такая легкая смерть ему не достанется.
На некоторых одноклассников упоминание клана моей матери повлияло отрезвляюще. Но большинству было плевать. Похоже, они сочли, что клану я не очень сильно нужна. Пожалуй, так оно и было, но вот только у меня есть еще и отец, которому я необходима. Любовь демона — очень серьезная вещь. Я знаю, что даже в самых лучших семьях, где между родителями и детьми обычные чувства, хоть иногда, но возникают конфликты. Мы с отцом не ссорились никогда. Хотя отчасти на это повлияла возможность видеть чувства друг друга, основной причиной была любовь.
— Сделайте соответствующие выводы на досуге. И можете быть свободны. — Учитель, широко шагая, покинул комнату. Сразу же взметнулся шум. Одноклассники, похоже, искренне считали, что говорят нормально, но они явно ошибались. Звуки такой громкости принято называть криком.
Моя игрушка слабо шевельнулась, и осторожно двигаясь, притянула к себе потрепанную сумку. Ей по-прежнему было страшно.
Одноклассники объединились в большую группу и начали двигаться в нашу сторону. Нэйле не обращала на это внимания, ее трясло от страха передо мной, и на подобные мелочи сил уже не было. Я медленно поднялась, потрепала игрушку по густым волосам. Мягкие и жесткие пряди были хаотично смешаны, и результат оказался очень приятным на ощупь.
— Поднимайся, пойдем. — И нужно обеспечить Нэйле одеждой, что бы соответствовала мне, раз уж убивать ее я не собираюсь и даже хочу привезти домой. Пусть привыкает к нормальным вещам. Вместе мы сможем еще лучше подчеркнуть наше превосходство, только сначала я применю заклинание. Что будет, если сейчас подарить ей одежду, я и так примерно знаю. А вот реакция моей игрушки после применения заклинания мне неизвестна. Хотя я могу еще передумать. Когда есть выбор, иногда даже приятно колебаться.
