– Не смешите меня! Джеймс любит стройных худышек, а я такой никогда не была. Просто он что-то задумал. У него всегда полным-полно прожектов. А после ужина я встречаюсь с Дэниелом.
– Расскажите мне о нем, – попросил профессор. – Только сначала помогите старику добраться до кушетки. Никогда не думал, что римская мебель окажется столь удобной.
Я помогла ему расположиться на кушетке, пододвинула поближе столик с книгами и улеглась на кушетке напротив. Профессор прав – очень удобно, особенно если привыкнуть к напряжению в левой руке.
И тут я внезапно поняла, что рассказывать мне нечего. Я почти ничего не знала о Дэниеле. Перед мысленным взором возникла Лепидоптера Уайт, с укоризной грозящая мне пальцем, но усилием воли я прогнала не слишком приятное видение.
– Его дед всегда говорил, что вознаграждение за исполненную мицву – еще одна мицва, – изрекла я. – Дэниел служил в израильской армии. Он потрясающий мужчина.
– Неплохо для начала, – пробормотал профессор.
– У него большая… большая… Мероу называет это «маной». В общем, Дэниел обладает редкой силой внушения. Сказал наркоманке быть паинькой – и она его послушалась.
–
– В субботу вечером я пойду с ним на дежурство в «Супы рекой» и узнаю о нем побольше, – сказала я, словно оправдываясь.
– Не сомневаюсь! – приободрил меня профессор. – Женщины как никто другой умеют собирать информацию. По-моему, в этом есть нечто сверхъестественное. Ваша юная помощница рассказывает про соседей такое, что, будь у меня на голове волосы, они бы встали дыбом.
Надо будет предупредить Кайли, чтобы она пощадила профессора Диона и дозировала сплетни.
– Однако и у Кайли бывают промашки! – рассмеялась я. – Она так и не разузнала ничего про мужчину, который поселился в квартире леди Дианы.
– А я его встретил в лифте, – поведал профессор. – Неужели я знаю то, что неведомо Кайли? Весьма польщен. Его фамилия Холлидей. Он на пенсии. Судя по всему, бывший чиновник. Он носит костюм, который был в моде лет пять тому назад. Детей у него нет, жены тоже, домашних животных не держит. Он показался мне грустным. Может, у него жена недавно умерла? Уж я-то знаю, каково это! – добавил профессор с тяжким вздохом. – Он спросил у меня, кто в какой квартире живет, а я посоветовал ему обратиться в жилищный комитет. Там ему расскажут даже больше, чем нужно знать.
– Какое впечатление он на вас произвел? – поинтересовалась я.
– Длинноватый, лысоватый. Если не ошибаюсь, у него два глаза и два уха. Дальнейшее знакомство было прервано миссис Пемберти, которая зашла в лифт на пятом этаже и принялась живописать прегрешения вашего злобного кота и стенать по поводу того, что ее супруг слишком много времени проводит в саду, что, на мой взгляд, неудивительно. Кстати сказать, как поживает несравненный Горацио? Передайте ему мое почтение.
– Непременно передам, – ответила я. – Однако мне пора. Включить вам телевизор?
Профессора передернуло.
– Боже упаси! Лучше дайте мне очки, – попросил он. – Благодарю за дивный вечер, моя дорогая.
Я нашла его очки и попрощалась. Вернувшись к себе, я покормила Горацио и остальное кошачье поголовье, а потом, убедившись, что все замки прочно закрыты, забралась в постель. Последний раз я проверяла все замки в тот день, когда переехала в «Инсулу». «Жаль, что в округе стало неспокойно», – думала я, засыпая, и, наверное, поэтому проснулась посреди ночи. Пролежав без сна, включила телевизор и посмотрела вместе с Горацио старый-престарый фильм ужасов. В доме стояла тишина. Впрочем, в «Инсуле» такие толстенные стены и внутренние перегородки, что соседей слышно лишь в том случае, если у них шумная вечеринка или семейный скандал, причем с дракой. Завтра уже пятница, вспомнила я. Испеку утром хлеб – и у меня будет целых два свободных дня.
В нашем районе нет смысла открывать булочную по выходным. Большинство жителей перемещается на другой берег реки в новый развлекательный комплекс «Саутбэнк», где полным-полно ресторанов, игровых залов и даже уличный театр. Я живу в рабочем районе, и по выходным здесь встречаются разве что трудоголики, наркоманы и заплутавшие психи. Хлебобулочные изделия такая публика практически не потребляет.
Как видите, сам бог велел мне по выходным отдыхать. Да и кто это выдержит – семь дней в неделю вставать в четыре утра?! Отработаю пятницу, отосплюсь за два дня как следует и начну работу только в понедельник. Пока была жива бабушка, я навещала ее по субботам. Теперь делаю покупки, посещаю выставки, хожу в кино. Когда мы с Джеймсом разошлись два – нет, уже три – года назад, я растеряла почти всех своих друзей. Впрочем, я по ним не слишком скучаю. Будь мне нужны друзья, я бы ими давно обзавелась. А пока нам с Горацио и вдвоем неплохо.
