Книжный рынок в упадке не потому, что люди стали меньше читать, а ввиду отсутствия адекватного предложения
Мнение издателей о причинах кризиса в книжном деле можно свести к абзацу из материала «Конец одной книги», который появился на сайте «Эксперт» 11 ноября. Там констатируется факт, что оборот книготорговли в России неуклонно падает — до 15–20% в год. «Это объясняется не только конкуренцией книг с электронными носителями, но и соперничеством с другими способами проведения досуга — интернетом, торгово–развлекательными центрами, телевидением».
На самом деле это не объясняется ничем из перечисленного. Как сказала Дарья Донцова в интервью газете «Наша версия на Неве»: «Какие ридеры?! В России во многих местах и телефона–то нет!» Кто не верит — пусть попробует отправить электронную почту из любого российского райцентра.
Кроме того, у книг перед электронными носителями и интернетом есть одно колоссальное преимущество: они гораздо меньше влияют на зрение. Первоначальное страстное увлечение интернетом начинает проходить, и из разговоров на форумах выясняется, что все больше людей пользуются интернет–версиями изданий только для того, чтобы определить, стоит ли книга того, чтобы ее прочесть? И если стоит — покупают бумажный вариант. Что касается ридеров, то там отсутствует такой важнейший эффект, как партитурное чтение. Да и все обладатели электронных книг, которых я знаю, покупают их, чтобы читать в дороге, но не дома, на даче, на отдыхе и пр.
Тезис о других способах проведения досуга опять не выдерживает критики. Люди, которые проводят досуг перед телевизором или в развлекательных центрах, не читали книг раньше и не будут читать их впредь (за исключением дешевых боевиков и дамских романов — но давайте о них не будем…).
Конечно, перечисленные факторы влияют, но едва ли они способны дать обвальное, на 15–20% в год, падение интереса к чтению. Поищите в своем окружении людей, которые вдруг, в последние три–четыре года, прекратили читать. Читательская аудитория деградировала уже в 1990–е, сейчас положение стабилизировалось. Кто читал пять лет назад, тот не оставляет книгу и теперь.
«Да что и говорить — даже менеджеры моей компании иногда не могут вспомнить, когда они последний раз покупали книги», — жаловался «Эксперту» еще в сентябре главный исполнительный директор «Топ–книги» Геогрий Лямин.
Неправильный вопрос. Ему следовало спросить, когда его менеджеры читали книги. Тогда он получил бы совсем другой ответ. Если конюх Ваня не любит коровницу Маню, это не значит, что он потерял интерес к женскому полу. Так и падение продаж ни в коей мере не означает, что люди стали меньше читать. Это означает, что они не желают читать ту литературу, которую предлагают им магазины, только и всего.
Каждая вновь выпущенная книга вылетает из типографской машины не на пустую полку, а конкурирует со всеми книгами, выпущенными ранее. За годы социализма в стране были напечатаны даже не миллионы, а миллиарды книг, и большая часть этого книжного моря где–то существует. В любой читающей семье в шкафу стоит не одна сотня томов, в нечитающей — несколько десятков. В принципе в современном городе даже страстный библиофил вполне способен прожить, вообще не заходя в книжный магазин. Я сама за последние несколько месяцев не купила ни одной книги в магазине, хотя читаю ничуть не меньше, чем раньше.
Причина нынешнего кризиса — не падение интереса к чтению, а целый клубок проблем, копившихся 20 лет. Все те 20 лет, в течение которых книгоиздатели гнались за быстрыми деньгами, за сиюминутной прибылью, постепенно загоняя самих себя в угол. «Попрыгунья–стрекоза лето красное пропела, оглянуться не успела…»
Если сравнивать себестоимость книги (сделать это нетрудно — любому автору гонорар платят в процентах от отпускной цены) и продажную цену, то убеждаешься: за время путешествия от типографии к прилавку ее цена до последнего времени ухитрялась вырасти в три–четыре раза. И только в последнее время, когда в связи с отсутствием спроса цены на книги практически перестали расти, — в два–три раза. При этом снижение отпускной цены на продажную цену совершенно не влияет. Продажная цена выставляется исходя из предположений продавца, за сколько ее купят. На эти предположения влияют автор, серия, внешний вид книги, даже бумага — но никак не отпускная цена. Если книга выглядит на 400 рублей, издательство может ее хоть даром отдать — она все равно появится на прилавках за те же 400 рублей.
