Колина рука легла на рычаг переключения скоростей. Дверца с его стороны была приоткрыта, «АК-74» лежал на коленях — все придется делать очень быстро. И пока обстоятельства складываются хорошо. Просто отлично. Возможно, Коле даже удастся вести огонь прямо из машины. Хотя, конечно, нет, ведь ты же профессионал. Так шмаляют только лохи. Надо будет выйти и убедиться, что дело сделано. «БМВ», почти слившийся с темнотой, оказался единственной тачкой, припаркованной с этой стороны ресторана. Если не считать «восьмерки», но Коля припарковался почти что у автостоянки. Свет от огней с фасадной части ресторана сюда практически не доходил.
Коля уже знал траекторию своего движения, знал, где ему притормозить и по какой дорожке, ведущей к трассе, ему отваливать. Он все рассчитал заранее, и наступившая ночь играла ему на руку.
Бочка, не отрывая взгляда, следил за дверью в кабинку: ну где ты, Беспалый, где?.. Его сердце лихорадочно колотилось, какой-то странный привкус сладковатой болью растекался по рту, а пальцы рук начали коченеть. Коля превратился в сжатую пружину, его лицо побледнело, а губы расползлись в каком-то гротескном подобии улыбки. Сейчас, уже совсем скоро, дикий впрыск адреналина взорвет эту пружину. Трое, их трое, что может несколько усложнить дело, да не очень. По всей видимости, Беспалый окажется прилично поднабравшимся, вялым, с ним проблем не будет, а Рябого Коля вальнет первым. Тот, третий, в «бэхе», Бочку вообще не беспокоит. Видать, просто
Коля следил за дверцей в кабинку, и его темные зрачки контролировали весь сектор, прилегающий к ресторану. Мало ли что, нам не надо никаких неожиданностей, и от взгляда Коли Бочкарева никогда ничего не ускользало. И возможно, в этот вечер Коле просто не очень повезло. А возможно, он вбил себе в голову, что ему не стоит обращать внимания на всяких лохов. Можно допустить и иные причины, например, то, что лох обладал некоторыми качествами, о которых Коля, в силу обстоятельств, ничего не знал. Так или иначе, но профессиональный киллер Николай Бочкарев не заметил за своей спиной, там, где в будке охраны лох почитывал крутой боевичок, никакого движения. А стоит признать, это оказалось единственным стоящим, на что ему сегодня следовало обратить внимание. Наверное, самым важным в его жизни.
Потом дверь в кабинку начала открываться, и дальнейшее произошло очень быстро.
На ступеньках появился Рябой. Он бросил взгляд на автостоянку, на Колину «восьмерку», на каких-то гуляк, шумно вываливающихся из своей тачки на дальнем конце стоянки, освещенной фонарями фасадной части ресторана. Рябой повернул голову направо, где на траву из окон ресторана падал размазанный свет, налево, где его взгляд встретился с непроницаемой тьмой, затем, чуть склонив голову, быстро осмотрел «бэху». Пассажира на заднем сиденье он не удостоил даже жестом. Вроде бы все было нормально. Рябой несколько помедлил, затем отступил на шаг в проем двери, чуть откинул голову и повернул ее назад. Кивнул: все в порядке.
Сейчас они начнут движение.
— Ждать, — сказал себе Бочка. Мышцы его лица непроизвольно сократились.
Именно в это мгновение из-за облака выползла луна. Рябой быстро двинулся к «БМВ» и распахнул переднюю пассажирскую дверцу. Обернулся к ресторану. В проеме двери появился Беспалый, чуть качнулся — видать, ему действительно удалось прилично поднабраться. Вышел, вот он стоит в бледном лунном свете.
— Жда-а-ать, — с каким-то неожиданным стоном выдавил из себя Бочка. Его пальцы судорожно заколошматили по ручке переключения скоростей, словно это были сухие костяшки. Коля с силой сжал правую руку.
Рябой бросил вокруг еще один быстрый взгляд. Затем, кивнув Беспалому, направился вокруг капота к дверце водителя. Беспалый взялся за косяк дверцы, словно в замедленной съемке Коля видел, как он заносит ногу для первого шага.
«Сейчас! — вспышкой пронеслось в мозгу Коли. — Пора!»
Беспалый отступил на лесенку, вдохнув вечернего воздуха, сделал шаг, еще шаг… Потом Бочка увидел, как окурок полетел на землю. В принципе, расчет Коли оказался верен: к тому моменту, как все начнется, Беспалый окажется на полдороге от дверей в кабинку ресторана до дверцы собственного автомобиля. Ни туда, ни сюда, голубок, вот как бывает.
Только момент этот уже наступил. Сейчас.
— Сейчас, мать твою, сейчас! — свирепо прошептали Колины обескровленные губы. Бочка врубил дальний свет, и одновременно ручка переключения скоростей покинула «нейтральную».
«Восьмерка» с визгом рванула с места. Пружина начала разжиматься.
