— Мы ведь можем и заставить Вас работать, — жестко сказал второй сотрудник, — но хотелось бы, чтобы Вы согласились по собственному желанию.
— Я не могу взять на себя такую ответственность. Мои способности находятся за гранью изученного наукой. Если я случайно ошибусь, проверить никто не сможет, а моя ошибка может иметь роковые последствия, ведь дело касается интересов страны.
Против такого аргумента спорить было трудно. В это время в разговор вступил третий сотрудник, до сих пор остававшийся в стороне:
— Человек должен сам захотеть сотрудничать с нами, а то может и умышленно нас обмануть. Кто его проверит?
Автандил посмотрел на говорившего и подумал: «Умышленно я, конечно, не стал бы обманывать, а вдруг получилось бы случайно!» Но вслух ничего не сказал.
Так и расстались представители сильной организации и необычный человек на неопределенной для них ноте… Для самого Ломсадзе его решение было вполне определенным.
Неделю он жил еще в Москве, его никто не тревожил, кроме представителя Союзконцерта, который принес гастрольное удостоверение, позволявшее выступать в любом уголке Советского Союза. Вручив Ломсадзе удостоверение, он сообщил, что разрешение комиссия дала с обязательным условием согласовывать сроки и место проведения гастролей в Союзконцерте.
В конце недели два сотрудника КГБ принесли билет на самолет и спросили:
— Может, у Вас появилось желание работать с нами?
— Нет, — сказал Автандил, и чтобы смягчить отказ, им, — я буду думать, может, появится…
Они отвезли Ломсадзе в аэропорт и посадили на самолет. В Тбилиси время от времени раздавались звонки из Москвы, и местные сотрудники не забывали Ломсадзе. Звонили в течение года, потом через год, потом время от времени, потом звонки и предложения прекратились. Осталась только обязанность предупреждать местные органы КГБ о любых своих передвижениях по стране, будь то Москва, Ленинград или другие утолки Советского Союза.
2
Все время, в течение которого происходили эти и другие события в жизни Автандила Ломсадзе, сам он продолжал совершенствоваться как раджа-йог. Бывали случаи, когда к нему обращались с просьбой о лечении, но несмотря на то, что он мог уже помочь, он отказывался, пока не достиг полной гармонии и знания в лечении. Настал, наконец, момент, когда раджа-йог Автандил Ломсадзе почувствовал, что может начать лечить людей. Он еще и еще раз проверял себя и, когда решил, что абсолютно готов, мысленно связался с Учителем и получил разрешение. «Ты можешь лечить больных», — мгновенно прилетела мысль с другого конца земли. Надо заметить, что разрешение Учителя для йога значительно важнее, чем клятва Гиппократа для врача, которую тот дает но, к сожалению, не всегда выполняет.
Сначала Автандил начал лечить своих родных и знакомых, потом других людей, которых приводили к нему родственники и друзья. В Тбилиси снова заговорили о Ломсадзе, и не только о его телепатических способностях, но и о его удивительном лечении без лекарств. На публичных выступлениях с психологическими опытами к нему стали подходить страждущие — он не отказывал, всегда внимательно выслушивал их и как телепат, видя внутренние органы человека, лечил без всякого вознаграждения за свою уникальную помощь.
В это самое время Автандил Ломсадзе начал гастролировать по стране, не забывая однако и свой родной город Тбилиси, где тоже проходили его выступления, хотя уже и значительно реже. Гастроли организовывала филармония. Непосредственно договорами занимался очень активный администратор Вахтанг Гочиашвили, все его звали Вахтанг-концерт. Наша страна огромна, Автандил Ломсадзе объездил всю страну с запада на восток и с юга на север. Он побывал в Прибалтике и на Дальнем востоке, в центральных районах России, на Урале, в Сибири и на берегах Черного моря.
Наделенный большой любовью к людям, он был рад представившейся ему возможности широкого общения с ними. Выступления проходили с аншлагами и с неизменным успехом. Он показывал свои телепатические опыты, а когда заканчивал программу, со сцены не уходил, как это делают все выступающие, чувствуя, что людям интересны его опыты и что они о многом хотят его расспросить. Он отвечал на бесконечное количество вопросов по подаваемым на сцену запискам. На одном из выступлений в зале встал мужчина и спросил:
— Скажите, эти записки с вопросами, которые Вы читаете, заранее подготовлены?
— Почему Вы так решили? — поинтересовался Автандил Алексеевич.
— Создается такое впечатление, что Вы их заранее знали, поэтому так быстро, без пауз, отвечаете. Ломсадзе улыбнулся:
— Вот Вы мне сейчас этот вопрос задали, а кто-то может подумать, что мы с Вами заранее договорились, чтобы люди знали, что записки не были подготовлены.
— Ясно, — ответил обескураженный зритель. — Извините…
