Не всегда достижение долгожданной цели приносит чувство удовлетворения. Порой за ним следует лишь боль и разочарование. Дамиан испытал всё это на своей шкуре, когда нашёл отца в изуродованном Катаклизмом мире. Теперь он в качестве пленника несётся на вертокрыле Ордена Вечности, слыша лишь гул мотора и шум вращающихся винтов. Так же и Хель, что строго следовала постулатам Кодекса Чести, и по её вине пострадали невинные. Сейчас она стоит среди развалин и трупов и не знает, что делать дальше. А ткани реальности тем временем незримо рвутся. Всё ещё можно исправить, но нужно быть готовым к последствиям. Верный друг выстрелит в спину, а союзников придётся искать среди врагов. Отражения в гранях магического кристалла изменят прошлое, а осколки повлияют на будущее. За минуты спокойствия придётся заплатить кровавым ритуалом, а попытка исцелить мир принесёт лишь гибель. Как простому смертному разобраться в этой паутине противоречий? Лишь шёпот в голове вселяет уверенность. Всё получится.
— Ну что, за ещё одну успешную миссию? — Ригран первым поднял кружку, до краёв наполненную пахучей жидкостью с пенной шапкой.
— За наш клан! За Ороконар! За духов предков! — послышались довольные голоса остальных ороконеру.
— За тебя, Ригран, — улыбнулась Вайш, подмигивая своему супругу и, по совместительству, архаваггаю боевого клана нар-Вейгу.
Широкоплечий мужчина с заплетёнными в тонкие косички волосами улыбнулся в ответ, продемонстрировав всем присутствующим внушающие уважение клыки.
На этот раз задачей было уничтожение группы магов-элливейро, колдовство которых делало невозможными полёты вертокрылов через горный перевал на границе Ороконара, Аланкойи и Федерации Свободных Анклавов. Всё усложняло то, что на стороне остроухих был крупный отряд людей-дезертиров. Уж не говоря о труднопроходимой местности и отвратительной погоде. Впрочем, ничто не смогло помешать ликвидировать цели, вновь освободив кратчайший путь для снабжения фронта боеприпасами. А заодно взорвать форт, в котором укрывались остроухие.
И всё это с минимальными потерями.
Правда, по-настоящему таковыми их могли назвать лишь крупные кланы, вроде нар-Гасса или нар-Шихху. Его же, Риграна, клан даже в лучшие годы не мог похвастаться высокой численностью. И каждый погибший брат или сестра становились для лидера трагедией. Это усугублялось тем, что война, развязанная эльфами, началась буквально за несколько месяцев до того, как нар-Вейгу должны были вернуться из десятилетнего караула на границах в отдалённые регионы у Тихого залива, чтобы родить детей и восстановить численность. И через десять лет мирной и спокойной жизни вновь уйти в караул.
Но этого не случилось. Глава клана украдкой посмотрел на Вайш. Та задумчиво глядела куда-то вдаль, игнорируя традиционную победную пирушку. Ригран вздохнул. Если бы не проклятая война, их ребёнок уже сказал бы первое слово, возможно, даже сделал бы первые шаги. Сейчас об этом можно было только мечтать в коротких перерывах между заданиями.
Ригран снова вздохнул и вышел из потайного убежища на мороз, оставив соклановцев праздновать очередную победу. Таких убежищ в горах было много и чтобы не попасться мстительным элливейро, кланы постоянно перемещались между ними, оставляя большую часть пустовать. При этом каждый раз создавалось впечатление, что доля пустующих убежищ постоянно увеличивалась. Уже ходили слухи о полностью уничтоженных кланах. Но у нар-Вейгу дела шли пока относительно хорошо.
— Так хорошо, что аж плохо, — сам себе под нос пробурчал ороконеру.
— Ты сейчас думаешь о том, что нашему везению есть предел? — спросил неслышно подошедший Фальц нар-Вейгу, один из трёх шорваггаев, мастеров войны. Ближайшее похожее слово на ланге, языке людей, звучало как «офицер», но не передавало и половины нужного смысла.
— Ты прав. Хотя и не только об этом.
— Наша удача лишь в том, что мы живём с именем нар-Вейгу! И от этого никуда не денешься. С ним мы и умрём, если потребуется. А ещё в том, что ты — наш архаваггай. Мы пойдём за тобой до конца, и ты это знаешь.
— Фальц. Мы продолжаем терять братьев. Если война не закончится в ближайшее время, то этот самый конец для нас настанет быстрее, чем ты думаешь. И ни удача, ни духи предков нам не помогут.
— Ты же слышал последние новости! Тролли и гоблины всё-таки подписали перемирие, впервые за долгие годы, и их объединённая армада уже приближается к Аланкойе. Против всех пяти народов остроухим не выстоять!
— Я уверен, что у мерзавцев есть ещё немало козырей.
— Великие духи, Ригран! Иди-ка лучше выпей. Сегодня новых приказов не будет, мы же получили сообщение.
— Это ничего не значит. Мы слишком большая заноза в заднице остроухих.
Шорваггай пожал плечами и отошёл от главы клана. Тот обратил свой взор в сторону растущей луны и задумчиво потёр клык. Ему действительно несказанно повезло сегодня: если бы то заклинание не промахнулось…
«Стоп! — Ригран вдруг закачался и схватился за выступ, чтобы не рухнуть в пропасть, на краю которой он созерцал красоту снежных вершин. — Оно не промахнулось».
Воспоминания лавиной нахлынули на архаваггая. Стена, пытавшаяся защитить сознание от того, что считалось нереальным, пошатнулась и рухнула.
То, что случилось сегодня, определённо выходило за рамки простой удачи. Да и вообще за какие-либо рамки. Заклинание, сорвавшееся с рук окровавленного колдуна, разорвало на части троих людей-приспешников, но лишь отбросило нар-Вейгу в сторону. Ригран начал вспоминать моменты из предыдущих миссий и понял, что подобное уже повторялось, причём не только с ним, но и с другими соклановцами. В том числе с его ненаглядной Вайш. Неприятный холод пробежал по спине. Каждый раз они списывали всё на эфемерную «удачу». Или просто-напросто забывали о произошедшем.
Ороконеру постоял в одиночестве ещё несколько минут, тщетно упорядочивая мысли, и вернулся в скрытое от посторонних глаз убежище, уверенно направляясь в сторону одной из тесных комнатушек.
