Они уже теряют всякую надежду, когда из-за угла вдруг выворачивает шикарный кремовый роллс-ройс, и Роджер чувствует, как в груди распускается тугой узел и сердце замирает в предвкушении. Он знает, кто это, он не может не знать. Фредди очень ценит красоту, он любит дорогие вещи и дорогие машины, он всегда стремится, чтобы всё выглядело безупречно, болезнь не смогла его сломить, и Фредди раз за разом доказывает, что сильнее любых ударов судьбы.
Фред выходит из машины и словно светится. На нём идеально выглаженный шикарный костюм под цвет машины, а на губах играет лёгкая, беззаботная улыбка, никто не знает, чего ему стоит этот выход, но Роджера переполняет щемящая нежность и восторг: Фредди держится как английская королева, гордо шествуя мимо редких журналистов, которые были более терпеливы и дождались своей сенсации. Фредди тяжело идти, но он улыбается, Фредди тяжело дышать, но он приехал, он не пожелал оставаться дома, потому что знает, как важно им быть в этот день всем вместе. Таких людей как Фредди больше нет.
— Чего такие кислые лица, дорогуши? — говорит он, как только подходит ближе.
Брайан улыбается, а в уголках его глаз блестят невыплаканные слёзы, когда он обнимает Фредди, будучи не в силах сдержать эмоции.
— Обычно ты более красноречив по поводу моих опозданий, — смеётся Фредди, отплевываясь от курчавых волос.
Роджер видит, что Фредди немного потряхивает, хотя на улице далеко не так холодно.
— Рад, что ты приехал, — улыбается Дики, и тоже приобнимает его за плечи.
Фредди улыбается и поправляет Джону воротник, у него такие худые руки, всё с теми же длинными пальцами, которые Роджеру вдруг хочется согреть своим дыханием. Только сейчас он замечает, что стоит молча как последний идиот, пока Фредди не сводит с него пристального взгляда своих бездонных чёрных глаз. Роджер резко подаётся вперёд и крепко прижимает хрупкое, тонкое тело к себе, утыкаясь лицом в чужую шею, чтобы не дать журналистам нащёлкать его плачущую физиономию.
— Я знал, что ты приедешь, — тихо шепчет Роджер, чувствуя, как пальцы Фредди отчаянно вцепляются в его рубашку.
— Я ведь тебе обещал, — отвечает Фред, и голос его полон тепла, он согревает Роджера, словно пуховое одеяло.
Они как будто прирастают друг к другу, не в силах разорвать эти объятия. Роджер не хочет выпускать Фредди из своих рук, он готов стоять так вечность, только бы время остановилось. Роджер готов на всё, лишь бы вселенная не отбирала у него Фредди, он этого не переживёт.
Брайану страшно: Роджер как раненое животное, жмётся к Фреду, будто тот — его единственное спасение. Бри не в силах спасти Фредди, но самое страшное, что он не знает, как спасти Роджера, как заставить его смириться, ведь в каждом взгляде, в каждом движении Брайан видит надежду, она словно мерцающий огонёк вдали горит в его глазах, Роджер не верит, что Фредди не спасти. Он просто ждет, когда тот поправится и болезнь уйдёт, и самое ужасное — он действительно в это верит.
— Нужно идти, — говорит Фред и немного отстраняется, чтобы заглянуть в голубые глаза.
Ему больно видеть там грусть и тоску, он заставил себя встать с кровати, влезть в этот костюм и час потратить на макияж, только бы Роджер не грустил. Фредди почти уверен: если бы не Роджер, он бы ни за что не протянул так долго.
Тейлор кивает и расправляет плечи, он берёт себя в руки и улыбается, потому что Фредди приехал и он не имеет права хандрить в такой замечательный день.
Им вручают награду за выдающийся вклад в Британскую музыку, речь Фредди непривычно коротка, но самое главное — он здесь, он показал всем этим людям, что не валяется при смерти в своей постели, и Роджер гордится им. Фредди сильный, смелый и словно вообще неземной.
Они как в старые добрые времена все вместе отправляются на вечеринку в Граучо- клуб. Фредди кажется, что к нему возвращаются силы, ведь Роджер смеется, утыкаясь носом в его плечо, и шутливо цапается с Брайаном, не отходя от Фредди даже на пару шагов.
— Выпьем за наш юбилей, девчонки, — усмехается Дики, как только они занимают свой столик в уютной полутьме.
Фредди с сожалением посматривает на бутылку шампанского и с тяжёлым вздохом берёт в руки стакан сока — увы, алкоголь плохо сочетается с лекарствами.
Роджер тоже отставляет свой стакан, Брайан и Дики переглядываются между собой и делают то же самое.
— Не нужно этой глупой солидарности, — просит Фредди, он вовсе не хочет лишать своих друзей веселья, он здесь не для того, чтобы испортить им вечер.
— Никто и не говорит о солидарности, мне лично ещё жену встречать, Вероника мне голову оторвет, если снова напьюсь, — фыркает Дики.
Брайан согласно кивает.
У Роджера, в общем-то, нет оправданий, да ему и не нужно, все, что он делает, — ради Фредди, и тому придётся с этим смириться.
Фредди смешливо закатывает глаза, с наигранным неодобрением цокает языком, но принимает этот жест, осознавая, насколько, в сущности, он счастливый человек — не каждому достаются такие друзья.