– Можно допустить, что он незнаком с ворами…
– Но заказчиков знает обязательно. Они для нас сейчас важнее воров.
– А что с этим Лаксманом? – спросил Конолли.
– Не знаю. Надо подумать, как его использовать… – Полк снова промолчал и не сказал, что послал Дриста выяснить через все его грязные связишки на Брайтоне, как весь антиквариат и полотна могут попадать сюда. Или кто еще может работать на Бастаняна.
Полицейская организация «Европол» заявила, что главной угрозой для безопасности граждан стран Европейского союза сейчас становится деятельность организованных преступных групп из Восточной Европы и бывшего СССР.
Директор «Европола» Юрген Шторбек отметил, что большую часть организованных преступных групп в Западной Европе ныне составляют выходцы из бывшего Советского Союза и восточноевропейских стран. В качестве примера он указал на так называемые районы красных фонарей в крупных западноевропейских городах. Еще десять лет назад большинство проституток там были выходцами из Азии и стран Карибского бассейна, а сами бордели находились под контролем местных преступных групп, а также выходцев из Южной Италии и Югославии. Теперь их вытеснили русские и другие восточноевропейцы.
По словам Шторбека, преступники из стран бывшего советского блока «
– Тебя, дядечка дорогой, давно пора ставить на правеж!.. – хрипло выкрикнул Нарик.
Было видно, как он истерикует, надрачивает себя и заводит – так было легче прорвать последний хлипкий шлюз в половодье беспредельного поведения. Этот шлюз возводился веками – почтение к старшему, святость родной крови, благодарность за прошлое не позволяли ни при каких обстоятельствах дать волю гневу, затопить злобе и зависти ощущение одной семьи, особого клана, единого народа.
Сейчас сквозь эту ветхую плотину, изъеденную временем, нравами и жуткими соблазнами, уже открыто сочились желтая ненависть, яростная злоба, гнойная желчь.
А Джангиров молча смотрел на него.
– Ты пальцем не пошевелил, чтобы спасти моего брата! – орал Нарик. – Тебе его кровь кажется сладкой…
С утра Нарик уже раза три шоханулся, и от этого он был в высоком приходе, и собственная наглость казалась ему бесстрашием, а четверо нетерпеливо-злобно переминающихся за спиной бойцов давали ощущение силы и надежности.
– Молодец, Нарик! – негромко похлопал в ладоши Швец, лениво усевшийся на бильярдный стол. – Хорошо, пацан, разговариваешь…
Нарик резко повернулся к нему:
– А ты, пес, вообще помалкивай! Не твое собачье дело вмешиваться, когда люди разбираются!..
Швец улыбался, глядя на вопящего Нарика. Из глубоких глазниц неярко светили мягкие, добрые глаза размером с копейку. Или с донышко пистолетной гильзы.
Джангиров скосил взгляд на Швеца, негромко ровно сказал:
– Не обращай внимания… Это не он кричит… Это наркота из него вопит…
