Принцип работы Гувера был прост — тотальный режим жесткой конспирации. Все телефонные номера сотрудников держались в секрете, в служебной переписке не указывались должности. Номера домашних телефонов не приводились в справочниках, доступных всем, автомобили регистрировались на вымышленные фамилии.
Сейчас этот злой идиотизм как бы ушел в прошлое. Но если бы Гувер восстал из гроба, он мог бы заметить всем нам: «За полвека моей тирании было убито в перестрелках сорок девять джи-мэнов — меньше, чем только за нынешний год».
Да, джи-мэнов стали больше убивать. И к сожалению, их стало возможным подкупать…
— Полк! Полк! — вывел его из задумчивости пронзительный голос Дженингса. — Проходите, вас ждут…
Директор еще держал трубку, прижимая ее к уху плечом, и ел пиццу, откусывая от здорового ломтя. На Полка не обращал ни малейшего внимания, но приход его заметил и куском пиццы показал на кресло перед своим столом.
— …Послушайте, Гарри, у нас нет другого выхода!.. Надо передать мексиканцам всю нашу информацию. Мне кажется, что их власти и сами хотели бы разобраться с наркотрафиком… У них просто нет людей и денег… Картель «Тихуана» уже зарабатывает больше миллиарда в год… Понимаешь, что это значит? Мы это терпеть не можем… Да, и их денежки тоже аукнулись в Оклахоме!.. Делай, что я тебе говорю. Информацию сплавляй порциями — надо проверить, готовы ли они к реальным делам… Все, жду вестей… Бай!..
За несколько лет директорства Фрилэнда Полк видел его всего несколько раз.
И впервые сидел напротив. Фрилэнд с удивлением посмотрел на корку пиццы в руке — как это попало сюда? Задумчиво смотрел на Полка — может быть, думал о том, кто такой Полк, и вспоминал, зачем его вообще вызвал. Расстегнутый воротничок рубашки слегка влажен — в кабинете было душновато.
Выглядел Фрилэнд молодцом. Все еще худощавый, похожий на давнего, молодого, небогатого, еще не вошедшего в славу, коротко стриженного Мэла Гибсона. Полк подумал о мистических свойствах чиппендейловского кресла, в котором сидел Фрилэнд. Каждый, кто хоть на полчасика присел в него, рассчитывает, по-видимому, просидеть в нем вечность — как Эдгар Гувер.
Беспочвенные мечтания — Фрилэнд держал в нем свою задницу уже четвертый год и считался весьма старым директором Бюро.
По-прежнему глядя сквозь Полка, директор медленно негромко сообщил:
— Я прочитал ваш меморандум… Мне он кажется достаточно своевременным…
Ага! Значит, все-таки вспомнил, кто такой Полк и чего он здесь отирается.
— В принципе в масштабах национальной безопасности я считаю, что их деятельность не является сегодня серьезной угрозой… — успокоил Полка опорный столп правопорядка. — Но я уверен, что со временем они разрастутся для нас в большую головную боль… Как я понимаю, вы хотите поехать в Москву, Полк? — неожиданно спросил он.
От внезапности вопроса Полк школярски забормотал:
— Да, господин директор! Конечно! Я уверен, что эта поездка многое позволит мне понять…
— Наверное… Пожалуй, это будет небесполезно, — кивнул Фрилэнд и неожиданно сказал: — Я тут подумал, что армия — это гениальная, чрезвычайно сложная машина, придуманная дураками. А сыск — крайне примитивный, глупый механизм, но играть на нем может только настоящий мастер…
Полк усмехнулся, решил перл федерального глубокомыслия принять на свой счет и учтиво поклонился.
— Не нахальничайте, Полк, — дернул головой Фрилэнд. — Ваши сыскные таланты мне сейчас не нужны. И не нужны многомудрые догадки наших аналитиков, которым я вообще не верю… Потребен мне сейчас взгляд профессионала…
— Слушаюсь, сэр. Я постараюсь.
— Постарайся.
Фрилэнд встал с кресла, подошел к Полку, уселся на свой прекрасный черешневый стол и положил ему руку на плечо:
— Когда ты приедешь в Москву, забудь, что ты старый опытный оперативник. Никогда не вспоминай, что ты старший специальный агент ФБР. Я направляю тебя в Россию с особой миссией — понять людей, с которыми мы должны работать. Найди какой-то приемлемый для нас национальный алгоритм. Ну, знаешь, как говорят наши грамотные кретины — мерную единицу менталитета…
— Я постараюсь, сэр… Я буду об этом думать…
— Думай! Разговаривай! Слушай! Оружие в руки не брать ни при каких обстоятельствах! — Директор помолчал, раздумчиво заметил: — Я уверен, что многие трудности для нас в том, что их полицейские мало отличаются от бандитов… Полюсы другие, а характер — одинаковый…
Полк не удержался:
— Сэр! Я думаю, что во всем мире полицейские должны быть похожи на бандитов… В той или иной мере… Иначе это игра на вылет…
Фрилэнд ехидно усмехнулся:
— Важно, в чем именно и в какой мере…
