На детской площадке мамы-тэры гуляли с тэрами-детьми. Совсем маленьких водили на поводках, дети постарше резвились сами. Правда, в отличие от человеческих детских площадок, все устройства для детских увеселений выглядели весьма массивно и были сделаны в основном из толстых бревен и металлических труб. Приглядевшись, я заметил нескольких маленьких тэрчиков, катающихся на неком подобии велосипедов и самокатов. Над площадкой слышались повизгивания, совершенно человеческие крики и тигриные взрыкивания. Маленькие тэры были очаровательны, я засмотрелся на них и обнаружил, что нас встречают, только тогда, когда Мелисса воскликнула:
– Шерр, рада тебя видеть! Знакомься, это – Александр Владимирович Комаров, капитан первого ранга, Департамент Патруля и Разведки. Он тоже летит с нами на Корнезо.
Я повернулся к подошедшему к нам тэру, и мы с ним крепко пожали друг другу руки.
– Завидую вам, Александр, вы так много летали и много видели, а я весь полет проваляюсь без сознания на лежанке! – пророкотал мягким басом Шерр.
– Брось, Шерр, ты будешь под наркозом только в самом начале полета! – засмеялась Мелисса.
– Нет! А вдруг – непредвиденные обстоятельства? Я не перенесу ускорений!!!
Я не мог понять, действительно ли Шерр панически боится лететь или же, будучи актером, играет в такую игру. Больно уж не вязались его слова с мужественным голосом и мощным обликом этого существа. Я решил переменить тему:
– Шерр, называйте меня Алексом и давайте будем на «ты»!
– Алекс, я согласен,- ответил Шерр, и положил мне на плечо массивную лапу, одновременно рукой крепко пожимая мне руку.- Лисса,- повернулся к Мелиссе Шерр,- я сказал жене, что ты, Адмирал, возглавляешь экспедицию на «Маджипуре», но она, как ты и просила, не знает, что мы с тобой танцуем вместе в «Богине».- Шерр издал смущенный смешок.- Фирра сильно ревнует меня к Наде!
При этих словах Шерр нагнул голову и длинным тигриным языком лизнул шею Мелиссы. «Да как он смеет! Это что за вольности он себе позволяет!» Я готов был броситься на него с кулаками, но с большим трудом сдержался. «Черт возьми,- остановил я себя,- в конце концов он просто большая кошка! Он не человек! Какая тут может быть ревность?!»
Мелисса же перенесла телячьи нежности тигра совершенно спокойно, похлопала его по загривку и сказала:
– Не волнуйся, я женщин хорошо знаю. Веди нас к себе домой.
– А мы потом побегаем? – спросил Шерр с непонятной интонацией.
– Конечно! Когда дело будет сделано.
Мы по длинной аллее направились к вилле Шерра. Хотя в глазах у меня еще было темно от пережитой вспышки ревности, я пытался рассматривать поселок тэров.
Дома располагались далеко друг от друга. Все постройки были одного типа – большие, двухэтажные, с огромными окнами. К двустворчатым дверям вели пологие пандусы, вокруг домов вились открытые веранды и балконы, ко вторым этажам снаружи поднимались ступенчатые уступы, на крышах были устроены террасы с низкими бортиками. Во всех домах жили, видимо, семьи с детьми, потому что около каждого дома я заметил детские площадки, уменьшенные копии той, что была в центре поселка.
Наконец мы дошли до виллы Шерра. Его жена ждала нас у пандуса. Мы мило поздоровались, и нас пригласили пройти в дом.
Фирра была очень грациозна и элегантна. На ней был терракотовый комбинезон с широким черным поясом, в тон полоскам шерстки. Когти на лапах, чуть-чуть выглядывающие из подушечек, и ногти на руках были покрыты таким же терракотовым лаком, а в уши были вдеты по две пары золотых сережек с бриллиантами.
Я с интересом огляделся. Комната была очень просторной. Мебель – деревянная, массивная, простых форм. Мелочей и безделушек практически не было, цветы в вазе стояли в глубокой нише в стене, большой пленочный экран занимал почти целую стену, напротив которой, вдоль противоположной стены, тянулась широкая низкая лежанка с объемными кожаными подушками. «Да,- подумал я,- когда в доме дети с шестью конечностями и длинным хвостом, по-другому дом выглядеть не может».
Знакомство началось с обмена комплиментами. Мелисса оценила вкус Фирры в выборе драгоценностей и в убранстве дома. Я сказал несколько приятных слов о роли Шерра в балете «Богиня тэров». Фирра восхитилась прической Мелиссы, причем в голосе ее отчетливо слышались завистливые нотки, поскольку у тэров на голове таких волос, как у людей, не бывает.
Когда обмен любезностями закончился, нам предложили устраиваться возле низкого массивного столика, к которому были придвинуты вполне человеческие кресла. Фирра удалилась на кухню, а Шерр, двигая столик и кресла, так и вился вокруг Мелиссы и исподтишка опять лизнул ее в шею. Вошедшая в комнату с подносом в руках Фирра, похоже, заметила это. Ее тигриное горло издало тихие очень низкие звуки, которые еще нельзя было назвать рычанием, но определенное недовольство в них присутствовало. Я бы тоже зарычал, но, в отличие от Фирры, не имел на то никаких прав и поэтому сдержался, хотя и из последних сил.
