Райское место полностью

– Приехала посмотреть большой город. – Айлин ! пожала загорелыми плечами, и ее собственная кожа блеснула апельсиновым переливом. – Мистер Риденс нарисовал мне план пути. Вот…

Я не представлял, как может между ее юбочкой и телом поместиться карман, но она провела рукой вдоль бедра и вытащила из незаметного разреза в золоченой коже сложенный вдвое листок. Я узнал почерк Джейка: «прекрасная инопланетянка подошла ближе и положила ладонь на грудь капитану»… Ну, как обычно. Айлин развернула бумагу; нарисованный план очень походил на тот, что Джейк прислал мне.

Это и есть тот план, это мое письмо!

– Я смотрела на него всю дорогу, – улыбнулась Айлин.

Я чуть не вскрикнул: «Ты украла его у меня!» Но девушка повела себя еще более странно: взмахнула листком перед моим лицом и пронзительно закричала:

– Разорви это! Разорви сейчас же!

Я схватился за листок, но он скользил в пальцах, извивался, как живой, а Айлин снова кричала:

– Разорви это! – и ее голос стал грубее… мужским. Я проснулся, дернувшись, и сообразил, что сжимаю вместо листа край одеяла. Но крик не оборвался. За стенкой Джейк истошно вопил: «Разорви это!» Черт его знает, какой раз он выкрикивал эту фразу. Вскочив, я чуть не врезался в стул, стоящий спинкой к кровати, пробежал до двери, толкнул ее, опомнился и дернул на себя, а крик стал громче. Да что тут творится?!

Дверь в комнату Джейка подалась мгновенно. Я сощурился от света: под потолком горела люстра. Джейк сидел в постели, подтянув колени к груди и низко опустив голову, будто боялся увидеть перед собой что-то жуткое. Он отмахивался обеими руками от пустоты и вопил, как оглашенный.

– Джейк! – гаркнул я. – Какого черта?! Что случилось?

– Уолт! – он буквально взвизгнул. – Разорви это!

– Что?!

– Это! – Трясущаяся рука ткнула в стопку листов на тумбочке около кровати. – Все это! Скорей!

Я подошел и поднял верхний лист. «Сермахлонка указала на отверстие в скале. «Наш вождь ждет вас, – сказала она. – Не принуждайте его ждать, иначе он выйдет после первого дождя». Астронавты переглянулись. Джон Рассел первым пошел ко входу в пещеру».

– Рви! Рви, я сказал!

Да ради бога! На Нобелевскую премию это все равно не потянет. Пусть Джон Рассел катится к черту. Лист разорвался с шуршанием, как будто застегнулась «молния» на курточке гнома.

– Все! Все, Уолт, скорее!

Я уже не читал перлы, записанные на листах… на половинках листов… на мелких обрывках. Звук рвущейся бумаги успокоил Джейка. Он поднял голову и исподлобья смотрел, как я уничтожаю новую главу его романа; покрасневшие глаза опухли, темные круги под ними стали шире. Полубезумный, встрепанный Джейк с приоткрытым ртом и трясущимися губами сейчас выглядел именно тем существом, увидев которое возле своей кровати нормальный человек завопит и попытается спрятаться.

– Хорошо, – бормотал он. – Хорошо, Уолт, хорошо, вот так…

– Что с тобой происходит? – я бросил на пол пос-ледние клочки рукописи и присел на край его кровати. – Чего ты испугался?

Джейк помотал головой. Сильно потер глаза и обхватил себя руками, но, когда глянул на разбросанные обрывки, улыбнулся. От этой его улыбки мне стало холодно.

– Выпить хочешь? Он кивнул.

– Я сейчас принесу.

– Уолт…

– Что такое?

– Шоколада у тебя нет?

– Есть. Подожди.

Я включил свет в коридоре и на кухне, нашел в шкафу не допитую днем бутылку, а в кармане пиджака – шоколадку, купленную в придорожном кафе. Содовую мы вроде бы прикончили. На столе стоял пустой стакан, из шкафа я вытащил рюмку побольше. Покрытый линолеумом пол был холодным,

как дно могилы

и у меня уже замерзли ноги. Подумав секунду, я взял еще одну рюмку, сунул бутылку под мышку, набрал в стакан воды из крана и вернулся к Джейку. Он слегка расслабился, привалился спиной к стене и прикрыл глаза.

– Как тебе разбавить? – спросил я, сгружая свою ношу на тумбочку.

– Лей чистое. И давай сюда шоколад.

Выполнив его просьбу, я плеснул немного виски себе, долил рюмку водой до краев и стал наблюдать за весьма экстравагантным способом питья: Джейк с быстротой и методичностью машины отламывал от шоколадной плитки маленькие кусочки, совал их в рот и проглатывал, почти не жуя, но запивая каждый кусок глотком чистого виски.

– Вкусно? – поинтересовался я.

Джейк кивнул. Его ужас отступил, а когда от шоколадки остались только крошки на фольге, в глаза вернулось полностью осмысленное выражение. Вздохнув, Джейк протянул мне рюмку и жестом попросил наполнить ее еще раз.

– Я писал перед тем, как уснуть, – сказал он, не дожидаясь расспросов. – Помнишь, как раньше…