Игорь такое решение командира всячески поддержал: иметь про запас пару ракет к той дюжине, что уже и так стояла на направляющих огневого модуля, никогда не помешает. Вот только грузить 94‑килограммовые ракетные контейнеры вручную оказалось занятием весьма хлопотным.
– А как мы их на огневой модуль устанавливать будем? – поинтересовался сержант-сверхсрочник Сашка. – Это ж охренеть можно!
– Ничего, зато мускулы накачаем!
– Ага, и спины сорвем…
– Отставить разговорчики!
Кроме этой пары ракет в кузов «Урала» отправились и дополнительные ленты к 30‑миллиметровым пушкам. Запас снарядов у «Панциря», по сравнению с его скорострельностью, был довольно мал – всего 1404 снаряда на два спаренных ствола.
– Пока тут шарятся националисты из добровольческих батальонов, воевать терпимо. По сути, это майданутая мразь: пафоса до хрена, а вот реальной армейской выучки почти что и нету, – рассуждал Проходчик. – Хреново то, что их поддерживает армия. А вот этого – мощной идеологической накачки национализмом в армии – мы как раз недооценили.
– Ничего, справимся и с ними…
– Не спорю, справимся. Но какой ценой?.. Когда в феврале и марте выходили на митинги с лозунгами: «Россия, защити русский Донбасс», не рассчитывали все же на то, что нас будет бомбить реактивная авиация и крыть «Грады»!
– Но ведь мы же здесь, – возразил Максим.
– Вы здесь как кто?.. Как регулярная российская армия или как наемники, которых тут как бы и нет? – Проходчик оказался мужиком весьма неглупым. – Даже мы можем официально заявить: защищаем не признанную пока никем Донецкую Народную Республику, которая образовалась в ответ на переворот украинских националистов в Киеве! А вы?.. Для самой России, которая вас сюда тайно направила, – вы кто?.. Защитники Родины или же как очередное заявление от жирного зажравшегося чиновника: «А я вас туда не посылал»?
С украинскими националистами пришлось столкнуться в одном из боевых выходов. В тот день расчет «Панциря-С1», как обычно, выехал в сопровождении «Урала» с зениткой и БТРа. Командир расчета Игорь Сычев как раз рассчитывал немного «поохотиться» на украинские боевые вертолеты или самолеты.
– Кто первым прилетит, – мрачно пошутил Макс, сидя за пультом оператора зенитного комплекса.
– Точно! – поддержал товарища командир расчета лейтенант Сычев.
Они как раз заехали на вершину невысокого холма, когда водитель Сашка доложил о ясно различимом хвосте пыли километрах в трех их небольшой бронегруппы. То же самое подтвердил по рации и Проходчик с бронированного «Урала» и с бронетранспортера охранения.
– Всем стоп! – тут же приказал лейтенант Сычев.
Командиру боевого расчета ПВО подчинялись силы прикрытия. Сама кабина боевого управления «Панциря-С1» никаких окон не имела, но у русских зенитчиков имелось кое-что получше. Электронно-оптический прицел на огневом модуле позволял различать наземные цели на дальности свыше четырех километров.
На мониторе командир зенитного расчета увидел грузовик с такой же, как и у них, спаренной пушкой ЗУ-23-2 в кузове и два джипа с пулеметами. Все три машины ехали под флагами с трезубцами, да и на бортах у них контрастно красовались весьма красноречивые символы.
– Макс, наведись пушками, огонь не открывать, – приказал старший расчета.
– Есть. – По наземным целям «Панцирь-С1» мог применяться только по оптическому прицелу.
– Проходчик на связи, нас обнаружили, прием! – пришло сообщение по рации от зенитного «Урала».
– Сыч понял. Бригадир, Проходчик, работайте, огонь на поражение!
В электронно-оптический прицел было хорошо видно, как ударила спаренная зенитка в кузове бронированного «Урала». Трассы сразу буквально распилили грузовик противника, превратив «ган-трак» бандеровцев в пылающие обломки. Против страшного потока 23‑миллиметровых снарядов кустарно наваренные стальные листы оказались бесполезны.
С другой стороны подключился крупнокалиберный пулемет Владимирова на башне бронетранспортера. Один из джипов украинских националистов взорвался и перевернулся на бок. Последний – круто развернулся и попытался уйти, отстреливаясь из пулемета на самодельной турели. Дымно-огненная стрела одноразового гранатомета прочертила пространство. Реактивная граната прилетела точно в кузов, подбросив джип.
– Быстрее, меняем дислокацию, пока нацики сюда артиллерию не навели! – скомандовал по рации командир расчета «Панциря-С1». Высшим приоритетом все же оставалось сохранение секретности.
А позади догорали искореженные ошметки вражеской техники…
Конечно, практически все заранее составленное боевое расписание пошло псу под хвост. Федор Дмитриевич злился и гонял свой штаб, чтобы офицеры выработали хоть сколько-нибудь приемлемый график боевого дежурства. Его зам и начальник штаба майор Анатолий Дегтяренко спал по два-три часа в сутки, закопался по уши в боевые документы, но сумел перестроить злосчастный график с учетом местных реалий.
