— Невинной овечке, как справедливо именует меня Мэтт, трудно проглотить всё это залпом, — заморгал Маршалл. — Я не могу думать о космических кораблях, уране и марсианах как чём-то уныло обыденном.
— Но так нужно думать, — сказал Остин Картер. — Представьте, что в реальной жизни вы взломали запертую дверь и нашли труп, истекающий кровью из двадцати ран при полном отсутствии оружия. Вы можете решить, что это немного странно. Но фанат детективов скажет…
— Просто ещё одна запертая комната, — поддержала, как фанат детективов, Леона.
— Точно. Так что для нас это просто “ещё один космический корабль”, или “ещё одно искривление времени”, или…
— А что такое, — спросил Маршалл, — искривление времени?
— Обычно, — признал Картер, — это удобная штука. Термин, конечно, связан с теорией пространственно-временного континуума. Искривление этой структуры может привести к любопытнейшим результатам — например, отправить вас не в обычное путешествие во времени, а за пределы этого континуума вообще.
— Мне нравится выражение “обычное путешествие во времени”, — сказала Леона. — Так прозаично.
— С искривлением времени можно весело провести время, — поделился Джо Хендерсон.
— В первый раз, — рассмеялась Конча, — я наткнулась на одно из них в вашем произведении, Джо. Там упоминался персонаж из предыдущей части, который исчез после искривления времени, и его больше никогда не видели. Тогда я решила, что это какой-то особый вид пьянки.
— Искривление времени, — продолжал Картер, — очень удобно. Это часть жаргона, подобно подпространству, и не просите меня его объясняет. Оно позволяет делать самые ужасные вещи научными. Вполне возможно, что они и есть таковы. Спросите Чантрелла; он из Калтеха[31].
— На мой взгляд, мистер Маршалл, — не без тяжеловесности заметил козлобородый, — свобода писательского воображения имеет большую научную ценность для прогресса человечества, чем девяносто процентов докторских диссертаций.
— И это воображение абсолютно свободно? Тогда и убийство сойдёт с рук.
— Не настолько, — покачал головой Картер. — Или, по крайней мере, не на лучших рынках. Хорошая научная фантастика требует большей последовательности, большего правдоподобия, чем любой реализм, какой только можно представить. Ваш мир будущего не может существовать в чисто фантастическом вакууме. Он должен быть реальным, проработанным и населённым реальными людьми. Со всеми извинениями капитану Комете, Джо, дни историй про устройства и галактических вестернов прошли.
Маршалл благодарно принял от хозяйки дома пиво.
— Похоже, я не совсем улавливаю эти термины.
Картер оглядел собравшихся.
