— Молчи! Знает он. Даже прятаться по пещерам — не выход. Урусы сделали шайтан-птиц: видят и стреляют ночью. А теперь ты хочешь понизить этот, э-э, рейтининг, всему тейпу. Нам снизят эту, как ее, кивоту на детей. Нравится тебе Фатима — иди в армию, служи урусам, стань майором — женись! Они разрешают иметь две жены. Скажи: почему тейп должен защищать недостойного? Нет, мы должны и будем защищать своих. Но твои поступки говорят: ты — хуже чужого. Это не те урусы, что были раньше. К власти у урусов пришли воины.
— Наши воины — самые лучшие!
— Дурак! Нет воинов, лучше урусов! Это когда у них правили бараны — мы их резали и смеялись. А теперь во главе их стаи стоят волки. Я смотрел в глаза их главному, когда он собирал глав тейпов в Грозном. Он нас не боялся, хотя стоял один в зале. Охраны не было никакой, мы видели. Я — боялся. У него в глазах я видел нашу смерть. Он тогда сказал: «Или будете жить по нашим правилам, станете нами, или — ваше племя станет историей». Я хоть и простой человек, но его слова вполне понял. Или мы покоримся — или умрём.
— Чеченцы ни перед кем не склоняют головы! Как можно забыть кровь братьев?!
— Нет позора, стать на сторону сильного. Глупо воевать с лавиной. Помнишь, что стало с Великим Харзоем? Тамошние убили геологов. Урусы послали карательный отряд. Наши воины не стали подставлять горло, как бараны. Устроили урусам засаду — те потеряли человек тридцать своих. Тогда их Диктатор сказал: весь этот аул не стоит стольких русских парней. Всё. Нет больше Великого Харзоя. Прилетели самолёты с какой-то гадостью. И всё. Дома стоят, а живых — нет. Сделали исключение из своего же правила: убили всех. Причём, тайну из этого не делали — по телевизору показали. Забыть кровь братьев нельзя. Нужно помнить о крови жён, сестёр, маленьких детей. Диктатор так сказал: «Мы не будем десять раз завоевывать землю, примучивать вас каждый год. Мы эту землю один раз завоевали. Она — наша. А вы на ней живёте и дышите, пока я разрешил. Или покоритесь, примете наши законы, станете нами, или — умрёте». Ух, и пробрало меня тогда, Шамиль. Он это говорит, а глаза холодные, нечеловеческие. Казалось, после таких слов все должны были кинуться на него, зубами порвать, пса! Нет. Никто слова не сказал. Видно, всех пробрало, не одного меня. С тех пор я всем нашим наказал на нашей земле самим урусов не трогать и другим — не давать. Урусы, хорошие воины, но люди, я их никогда не боялся. Но этот их Корибут… Он шайтан, не человек! Его много раз пытались убить. Никто не смог. Все умерли. Он лично, сам убивал. Это не моё решение — покориться. Совет так решил. Я позвал Кизмир-ваши из соседнего тейпа. Он расскажет тебе одну историю. Если ты и после этого не одумаешься — мы выгоним тебя из тейпа. Клянусь! Прошу, уважаемый, помогите вашей мудростью наставить на путь истинный нашего блудного сына.
— У нас, в Верхнем Харое, живёт Саид. У него два года назад забеременела жена. Пятым. А его рейтинг не позволял тогда иметь пять детей. А те четыре у него были, как назло, девочки. Урусская доктор-инспектор попалась очень хорошая женщина, дала совет. И Саид поступил, как она сказала. И сейчас у него четыре девочки и два сына. Но он воюет в Турции. Два месяца дома — два месяца воюет. Уже старший лейтенант. Хорошо воюет. Много нам рассказывает. Ни слова не слышал от него плохого о урусах. Турки — так себе воины. А урусы ничем нашим не уступят. Так говорит Саид. Деньги платят, иногда можно добычу привезти, но с разрешения начальства. Детей урусы тем летом в детский лагерь забирали в Крым. Детям понравилось.
— Но его могут убить за интересы урусов!
— Э-э! Разве мы, чеченцы, боимся смерти? Но я и тут могу тебе ответить. Если его там убьют — урусы обещали платить жене пособие. Но дело не в этом. Он хочет стать капитаном: те могут иметь до восьми детей. А, начиная с майора, можно брать вторую жену. Урусы так и говорят: «хочешь быть крутым в постели — докажи это на деле». Это Саид прибаутку говорит. Но мы, старейшины, этот подход считаем верным. Не дело это — баб выгонять. До мусульманства так не было. Этого уже никто не помнит, но урусская бумага сохранила. Ты знаешь: урусская политика власть мулл сильно уменьшила. Мы и есть власть. Я тут по просьбе вашего старейшины. Но это не значит что мне всё равно. Я не хочу, чтобы ваш род стал беднее, и попал к урусам на плохой счёт. Если передумаешь — приходи к нам в гости. Через две недели должен вернуться из Турции Саид, ты можешь расспросить его сам.
— Благодарю, Кизмир-ваши. Я подумаю.
— Подумай, Шамиль, подумай. Это говорю тебе я — ваш старейшина. Тебе — любовные утехи, а роду — содержать Лайлу, детей в другом роду. А работать она будет там. Урусы снизят рейтингиг, тфу, зараза. В общем, плохо будет. Что им стоит, снизить кивоту на семью до трёх детей? Снизят всем. Из-за тебя. Мы лучше тебя выгоним. Хорошо думай, Шамиль.
