— Через сколько можете запустить по вашингтонскому варианту?
— Чтоб без спешки — минут двадцать желательно. Можно и за десять — но это будет аврал.
— Через сорок минут от этой минуты пусть ракета стартует. И приведите в полную боевую готовность половину сил РВСН.
— Да.
Последнюю неделю, нет месяц, нет, что там месяц — год! Весь последний год Джон Голдфилд жил в состоянии стресса. Он пришёл на смену Дональду Рамсфельду, который в конце февраля этого года, был обнаружен у любовницы. Мёртвым. Порезался во время бритья опасной бритвой. Дома он пользовался электрической. А тут — на тебе! Все понимали, что это шутки Джокера. Но спецрасследование ФБР ничего не дало. Ничего. Голдфилд на должности старался вести себя сдержанно, русских не обзывать даже на заседаниях Совбеза; работал профессионально, но без фанатизма. Было чертовски неуютно. Постоянно что-то происходило. То корабль утонет, то самолёт упадёт, то ведущего разработчика бандиты ограбят и убьют, то судно с урановой рудой пропадёт, то главный конструктор выбросится из окна. Теперь с этим стало всё понятно: это всё были проделки русских. Они вели диверсионно-террористическую войну. Научились у нас. То ли дело было, воевать во Вьетнаме: наша техника перемалывает чужие жизни, а я сижу себе в штабе, чай попиваю. Эти сволочи, русские, и тот раз сумели подгадить. Сначала поставляли вьетнамцам комплексы ПВО. К ним мы приспособились. А потом сумели обойти нас на Луне. Пришлось договариваться: мы вам оставляем Вьетнам — вы нам не мешаете стать астронавтами. А то было бы позору, не оберёшься: подъезжает «Луноход» к нашему месту прилунения, а там — ничего: ни флага, ни следов, ни даже обломков. Да-а-а, Голливуд — это сила! Ну, ещё пару мелочей русские выторговали за великую честь: считаться покорителями Луны. Зерна пришлось много продать за полцены. И выделить квоту на экспорт сибирской нефти. Но это мелочи. В целом — грандиозная разводка русских! А теперь — что!? В каждой блондинке вижу русскую шпионку, за каждой аварией — руку Киева.
Тишину взорвал звонок телефона правительственной связи. Джон вздрогнул. Что там ещё?!
— Хэлло, кто на связи?
— Вы что, не знаете куда звоните?!
— Не-а. Но надеюсь, что ты — шишка в Штатах.
Джон хотел сначала обругать дурака, потом рассказать о том аду на Земле, который ждёт не туда попавшего, но неприятное чувство в промежности и смутные подозрения заставили его изменить линию поведения. Очень подозрителен был и страшный акцент говорившего. Был похож на русский.
— Я — министр обороны Джон Голдфилд, а кто есть вы?
— Зови меня просто: Диктатор. Это я удачно попал. Ты мне подходишь. Есть для тебя сообщение. Мы решили почтить день павших в Белграде салютом.
— Но ведь мы бомбили Белград не… Ну, дата не совпадает, — Джон вытер рукавом лоб. Едкий пот заливал глаза.
— Это не страшно. Лучше поздно, чем никогда. Чтобы вы не вздумали отказаться от участия в мероприятии, я отправлю вам стимул: ядерную боеголовку. У тебя есть десять минут в запасе. Можешь дать нагоняй ракетчикам, а то проворонят гостинец, чего доброго. И ещё, если вы не прекратите Югославскую операцию — отмечу день Чернобыля. Чтоб вы не усрались от страха и не развязали Третью Мировую, сообщаю, бомба нацелена на Кэмп Милл, что в ста километрах севернее Вашингтона. А мои РВСН первыми стрелять не будут, я привёл в готовность только половину сил. Жду салюта.
Неизвестный, представившийся Диктатором, положил трубку. Наглец! Дырка в заднице сигнализировала: это не шутка сумасшедшего и не провокация. Нужно проверить связь… Но! Десять минут! Ему дали лишних десять минут. Связь подождет.
— Сара, срочно включай боевую тревогу ПРО и соедини меня с командующим вашингтонского дивизиона.
Директор АНБ:
— Проверка связи показала, что вышли на спутниковый телефон помощника Голдфилда неизвестным нам способом. Через Интернет. Наши секретные коды для русских не секрет, раз они свободно звонят на нашу внутреннюю военную телефонную сеть. Решили пока коды не менять. Дальнейших приготовлений к ракетному пуску не наблюдается, они привели в боевое положение половину своих ядерных сил. Наши силы и так — в высшей боевой готовности… Решили пока ничего не менять, до решения нашего заседания. Дело в том, что эта, с позволения сказать, шутка, вскрыла неприятную ситуацию: мы не можем эффективно бороться с ракетами русских. Если они пустят даже штук десять — одна-две вполне могут пройти. А против их полного залпа в 500 ракет мы беззащитны. Их «Сатана» несёт до 30-ти ложных целей. Страшно даже думать…
Госсекретарь:
— Давайте подведем предварительные технические итоги: Джон.
Министр обороны:
