Министр обороны:
— Прощайте господа, удачи вам. Прошение об отставке оставлю у секретаря.
Госсекретарь:
— Ещё, приказ по флоту: топить все суда Светлой Руси, России и их союзников.
Директор ЦРУ:
— Информационное обеспечение — на мне. Этим говнюкам надо всыпать!
Президент:
— Да, приказываю так. Давайте заканчивать, а то скоро «янки лейкерз» начнут играть, а я не люблю смотреть запись.
Командующий ВМФ:
— Есть, господин.
Госсекретарь:
— Господин, напоминаю, чтобы вы не уходили сразу, нужно сделать запись обращения к народу США.
«Подарки» шли на расстоянии 20 км от берега по Персидскому заливу. ЗАРы и РАЗУМы методично уничтожали всю инфраструктуру Саудовской Аравии. На расстоянии 300 км от берега не должно остаться ни одной рабочей нефтедобывающей вышки, ни одного целого участка нефтепровода. Не остались без внимания и базы США. Для пиара пара роботов слетала к дворцу Саудов, не особо рассчитывая на чью-то смерть. Везде, где встречалась военная техника — она была атакована. Танки, зенитки, джип с пулемётом — все уничтожалось. Противодействие ПВО было, но «Бумеранги» и помощь космоса делали это противодействие даже вредным. Одно дело: большую и толстую ракету притащить поближе к врагу. Другое дело: она летит сама в руки, остаётся только вернуть. Обычные зенитки уничтожались издали, наводились по радиоканалу. На этот раз помех никто не ставил. Точнее, один АВАКС взлетел с базы, но был сбит. Все боевые действия происходили без использования «Глаз».
На ракетоносцах размещается примерно по три дополнительных боекомплекта для «Коровок». Но для наземной операции не очень хочется тратить ракеты «воздух-воздух». Три вылета — и все, бросили якорь, ждём подводный транспорт снабжения. Благо, у всех кораблей новых серий предусмотрены подводные стыковочные узлы. Четыре часа на загрузку, два часа на переснаряжение «Коровок». Опять летаем. Не то, чтоб никто не сопротивлялся. Несколько эскадрилий проверяли «Коровок» на прочность. Только, вот, в серповидных каналах стоят всегда «Бумеранги». И пока что у врага противоядия нет. Система обороны района врага была в этот день уничтожена на 90 %. Уцелели самолёты в капонирах и ещё по мелочи. К вечеру зачистили Бахрейн и Катар. ОАЭ и Оман остались на завтра. Одна из приоритетных целей: пожарная техника. Вредить атмосфере было обидно, но основная цель важнее.
— Вы переходите всякие границы!
— Конкретнее.
— Вы топите наши флота, как бездомных котят, походя. Какого чёрта вы уничтожаете нефтяные вышки?
— А вы взяли на крючок Горбача и устроили Чернобыль. А ещё, истребили индейцев.
— Это неконструктивный разговор.
— А я не навязывался, вы позвонили мне.
— Мы — на грани. Ещё чуть-чуть, и мы применим ядерное оружие.
— А вы уже установили причины поражения ваших ВМФ?
— Может быть, вы не в курсе, но мы не слишком боимся глобальной планетарной катастрофы.
— Я в курсе. Все члены клуба и их родственники до седьмого колена будут целями для моего управления «Л». Планету жалко, но… Я вас достану и под землёй. Советую немного, пару недель обождать. Тогда вы увидите подтверждение моим словам. Это — не блеф.
— Что вы хотите? Ваши условия мира?
— Прекратите собирать дань в виде доллара. Условие моего разговора о перемирии, даже не одно из условий мира, а именно условие разговора: выплата Америкой всех внешних долгов, и, не долларами, а чем-нибудь материальным. Золото, алмазы, что угодно, но не бумаги. Не акции, не любые деривативы. И аналогичное замещение во всех странах мира валютных запасов на твердые ценности. Т. е. во всех золотовалютных запасах вы замещаете бумагу на что-то реальное.
— Это нереально.
— На «нет» — и суда нет.
— Вы будете наказаны. Звоните, когда захотите пощады.
— Нормально, Саша, ты не прояснишь для нас смысл такого разговора? Думаю, что выражу общее мнение, вы с этим парнем говорили на русском, мы, вроде бы, слышали все слова, но ощущение такое, что чего-то главного не поняли.
