— Трудно только дышать, когда нет воздуха… Теперь состав комиссии по расследованию катастрофы: ты, Рэд, будешь председателем, Новак и Брюнн — членами комиссии. Всем остальным, пока комиссия будет работать, оставаться на борту. Когда комиссия все закончит и заберет со «Следопыта» необходимые доказательства, у вас будет достаточно времени, чтобы потешить свое любопытство. Я разрешу вам там побывать.
Как насчет врача, капитан? Он понадобится мне в качестве эксперта.
— Хорошо, Рэд. Доктор Пикеринг, отправляйтесь вместе с комиссией.
Кадеты собрались в каюте Мэтта и Оскара.
— Это ж представить себе — такая непруха! — сказал Текс. — Мы проторчим здесь неделю, а то и дней десять, пока эта комиссия будет измерять в люке дырку.
— Не надо дергаться, Текс, — сказал Оскар. — Думаю, старик просто не хочет, чтобы ты там нацарапал на переборке свою фамилию. А может, просто боится, что ты сопрешь пробитый люк в качестве сувенира.
— Да пошел ты! — Не ной, не ной. Капитан ведь сказал, вот кончит работать комиссия, и ползай себе по кораблю сколько влезет, фотографируй и вообще обжирайся новыми впечатлениями на здоровье. А пока для разнообразия удовлетворяйся роскошью восьмичасового сна. Вахт ведь теперь не будет. Представляешь — никаких вахт!
— Слушай, Оскар, а ведь верно! — воскликнул Текс. — Об этом я даже не подумал! Какой смысл нести вахту и следить за осколками, мы же привязаны к этому астероиду. Если вдарит, все равно мы увернуться не сможем!
— Команда «Следопыта» в этом уже убедилась.
На следующий день проводилась последняя поверка экипажа найденного корабля. Тела погибших были заперты в одном из отсеков «Следопыта», и поверка проводилась в кают-компании «Aes Triplex». Она длилась довольно долго: нужно было прочитать по погибшим молитвы — экипаж «Следопыта» принадлежал к трем различным вероисповеданиям. Наконец капитан закончил церемонию собственным прощанием Патруля. «А теперь мы направляем наш курс к дому…» Оказалось, что на борту «Aes Triplex» едва хватало народу, чтобы участвовать в этой последней поверке.
Команда «Следопыта» состояла из одиннадцати человек: шести офицеров Патруля, одного гражданского — планетолога и еще четверки, которая присутствует на каждой поверке. Капитан Янки выкликивал фамилии членов экипажа «Следопыта», и на них откликались все, один за другим, начиная с помощника капитана Миллера и кончая Тексом. Все это время из динамиков доносилась мелодия «Долгой вахты», тихая, словно реквием.
Когда настала очередь Мэтта, он отвечал с трудом — пересохло в горле. У Текса по щекам текли слезы, и он даже не скрывал этого.
На протяжении первых двух дней работы комиссии источником информации был лейтенант Брюнн. Он рассказал, что «Следопыт» — в хорошем состоянии, если не считать пробитого люка. На третий день он внезапно замолчал.
— Капитан приказал не обсуждать информацию, полученную комиссией, пока он ее не изучит, — объяснил Брюнн.
Мэтт передал его слова остальным.
— Странно все это, — удивился Текс. — Что там может быть такого секретного?
— Откуда я знаю?
У меня есть мысль, — сообщил Оскар.
— Ну? Давай свою мысль.
— Капитан пытается доказать, что от любопытства не умирают. Для этого, Текс, он выбрал тебя, подопытный кролик из тебя идеальный.
— Да вали ты со своими шуточками.
На следующий день капитан снова собрал всю команду.
— Джентльмены, благодарю вас за проявленное терпение. Я не хотел обсуждать, что там отыскалось на «Следопыте», сначала нужно было принять решение, как со всем этим поступить. Дело вот в чем: планетолог, работавший на погибшем корабле, профессор Торвальд, пришел к выводу, что взорвавшаяся планета была населена.
Раздались взволнованные возгласы.
— Прошу тишины! На «Следопыте» обнаружены образцы пород с окаменевшими ископаемыми; но еще там находятся предметы, являющиеся, по мнению профессора Торвальда — доктор Пикеринг и мы с Миллером тоже убеждены в этом, — результатом деятельности человеческих рук.
— Уже одного этого, — продолжал капитан, — достаточно, чтобы послать в пояс астероидов десяток космических кораблей. Думаю, это самое важное открытие со времени открытия подземных поселений на Луне. Но удивительнее всего другое. Используя метод радиоактивного анализа и благодаря помощи корабельного бомбардира, профессор Торвальд высказал предположение, что эта планета — профессор назвал ее Люцифер[46] — погибла в результате взрыва ядерного устройства, созданного ее обитателями. Иными словами, жители планеты сами взорвали ее.
Тишину, наступившую в кают-компании, нарушало лишь слабое жужжание кондиционеров.
— Но, капитан, это же невозможно! — внезапно воскликнул Турлов.
— Вы знаете ответы на все вопросы, молодой человек? — посмотрел на него капитан Янки. — Я — нет.
— Простите, сэр.
