— Помолчи. Морри, останешься за старшего, — сказал Каргрейвз, закрывая за собой крышку люка.
Осмотр длился недолго. Двое незнакомцев получили, как показалось доктору, смертельные ранения. К тому же их скафандры были разорваны. Третьему, у которого был разбит шлем, тоже ничем нельзя было помочь. Его безжизненные глаза смотрели в черное небо, из носа все еще текла кровь. Он был мертв, его убил вакуум. Каргрейвз вернулся к маленькому кораблю, даже не взглянув на жалкие обломки, в которые превратился сверкающий прекрасный «Галилей». Войдя внутрь, доктор опустился в одно из противоперегрузочных кресел и вздохнул.
— Ну что ж, — сказал он. — Все не так уж и плохо. По крайней мере, у нас есть ракета.
— Вы так думаете? — мрачно спросил Арт. — Поглядите-ка на панель управления!
— Что? — спросил доктор и посмотрел туда, куда указывал мальчик.
— Никакой это не космический корабль, — с горечью произнес Арт. — Это лунный «джип». — Он указал на два прибора. — Посмотрите-ка сюда. Здесь по-немецки написано «КИСЛОРОД» и «СПИРТ». Эта штука — что-то вроде детской коляски.
— Может быть, это для маневровых двигателей? — спросил Каргрейвз без особой надежды.
— Ничего подобного, — сказал Росс. — Не надо себя обманывать, док. Мы все осмотрели. Арт перевел нам эту немецкую тарабарщину. Потом, вы же видели, у этой штуки нет ничего похожего на крылья. Она предназначена исключительно для перемещения по Луне. А вот и наш приятель очнулся.
Пленник открыл глаза и попытался усесться. Каргрейвз схватил его за плечо, рывком поставил на ноги и швырнул в кресло, в котором тот только что сидел.
— Эй, ты! — рявкнул он. — Говори!
Тот молчал: по-видимому, до сих пор не пришел в себя.
— Лучше попробуйте говорить по-немецки, дядя, — посоветовал Арт. — Все надписи здесь на немецком.
Каргрейвз напрягся и, порывшись в памяти, припомнил несколько немецких фраз.
— Назовите свое имя! — потребовал он.
— Фридрих Ленц, техник-сержант второго класса. С кем я говорю?
— Отвечайте на вопросы, которые вам задают. Зачем вы бомбили наш корабль?
— Я подчинялся приказу.
— Это не основание. Зачем вы бомбили мирный корабль?
Немец угрюмо молчал.
— Превосходно, — сказал Каргрейвз все еще по-немецки. — Арт, открой шлюз. Мы выбросим эту падаль наружу.
Техник-сержант внезапно заговорил очень быстро. Доктор наморщил лоб.
— Арт, — сказал он, переходя на английский. — Тебе придется помогать мне. Он болтает слишком быстро.
— И переводи! — потребовал Росс. — Что он говорит?
— Попытаюсь, — ответил Арт и заговорил по-немецки: — Повторите свои слова. Говорите медленнее.
—
— Вы должны говорить
—
Рассказывал он долго. Время от времени он делал паузы, и Арт переводил его слова.
— Он говорит, что является членом экипажа этой ракеты. Ими командовал лейтенант… я не разобрал его имени… один из тех, кого мы подстрелили… а их руководитель приказал отыскать и разбомбить наш корабль. Он говорит, что это не было… э-э…
— Война? — вскричал Росс. — Что он имеет в виду? Какая же тут война? Типичная уголовщина!
— Он говорит, что война идет, она никогда не прекращалась и будет продолжаться вплоть до победы национал-социалистического рейха, — Арт выслушал пленника и перевел дальше: — Он утверждает, что рейх будет существовать тысячу лет.
Морри в ответ на это произнес несколько слов, каких Каргрейвз от него прежде никогда не слыхал.
— Спроси его, как он это себе представляет и откуда взялся такой срок — тысяча лет?
— Оставим это, — прервал его Каргрейвз. — Мне кажется, я начинаю понимать, — и обратился прямо к нацисту: — Сколько вас здесь, когда вы прибыли на Луну и где находится ваша база?
Арт тут же перевел:
— Он заявляет, что в соответствии с международной конвенцией о военнопленных он имеет право не отвечать на такие вопросы.
— Вот как? Скажи-ка ему, что законы войны были отменены, когда запретили саму войну. Впрочем, не так. Скажи лучше вот что: если он настаивает на правах пленного, то мы можем немедленно освободить его! — Доктор показал в сторону шлюза.
Хотя он говорил по-английски, пленный отлично понял его жест. Теперь он с готовностью выложил подробности. Он и его товарищи прожили здесь уже около трех месяцев. У них была скрытая под лунной поверхностью база в тринадцати милях от кратера, в котором совершил посадку «Галилей». У них также была ракета, гораздо большая, чем «Галилей», и тоже оснащенная атомными двигателями. Себя пленник называл воином Великого рейха. Он не знал, зачем ему приказали бомбить «Галилей», но полагал, что это было сделано из соображений секретности. Нужно было сохранить в тайне их планы.
— Какие планы?
