Дальнейшее он помнил плохо. Его напоили горячим бульоном и тщательно вымыли с головы до ног. Затем, одетого в ночную рубашку, поставили перед очами какого-то очень сердитого на вид господина, рядом с которым находилась та самая женщина.
Уважительно обсуждая что-то друг с другом, они некоторое время рассматривали его, словно диковинного зверька, а потом он очутился в маленькой тесной комнате с крошечным окном, из которого доносился щебет птиц и шелест листвы, и заснул мертвым сном в пахнущей свежим бельем постели.
Проснулся он от лая собак. Захлебываясь злобой, они облаивали кого-то вдали, и мальчик сел, настороженно прислушиваясь. За окном наступила ночь, в комнате было темно. Сердце его тревожно забилось, он спустил ноги с кровати и подошел к окну. Обнаружив, что его руки замотаны в какое-то неприятно пахнущее тряпье, он снял его и, бросив на пол, оперся о подоконную нишу. Кожа на ладонях не саднила, и он понял, что кто-то позаботился их вылечить.
Прямо за окном росло дерево, чьи густые ветки не позволяли выглянуть наружу. Разочарованный, он вернулся в кровать и натянул одеяло до подбородка, потому что собаки окончательно вышли из себя, а это означало, что крупный и опасный хищник находится совсем близко. В тревоге стреляя глазами по комнате, мальчик скорее почувствовал, чем увидел, как бронзовая ручка двери вдруг наклонилась, и через образовавшуюся щель в комнату проник слабый свет.
Он успел заметить длинного человека с жутким лицом и юркнул с головой под одеяло. Трясясь от страха, сквозь оглушительные удары сердца он слушал, как человек подошел к кровати и склонился над ней. Мальчик замер не дыша. Страшный человек коснулся его кончиками пальцев и медленно провел ими по одеялу. Несколько долгих мгновений стояла полная тишина. Затем послышались шаги, хриплый голос произнес что-то, раздался облегченный вздох, и дверь в комнату закрылась.
Утром та самая служанка, что мыла его накануне, принесла одежду и простые кожаные сандалии. Штаны и рубаха были из дорогой ткани, но заштопанные в нескольких местах. Вслед за служанкой мальчик спустился по узкой боковой лестнице в просторную кухню, где хлопотали еще две молодые девушки, помогая готовить завтрак здоровенному толстяку.
В настежь открытые двери со двора доносилось кудахтанье кур и блеянье коз. А на другой стороне двора виднелись стойла, из которых торчали морды четырех лошадей. Тонкие нервные формы двух из них выдавали нерабочую породу. Мальчик понял, что угодил в большой и богатый дом, и оробело встал на пороге.
Повар не обратил на него внимания. Но девушки заметили его сразу и, улыбнувшись, что-то сказали. Мальчик в ответ поклонился. Служанка, что привела его сюда, взяла у одной из них широкую тарелку и, поставив на струганый стол, приглашающе кивнула. Настороженно косясь на грозного повара, мальчик проскользнул в кухню.
На тарелке лежала яичница, кусок вареного розового мяса, помидор и три свежих огурчика. Разом почувствовав, что на протяжении двух суток, кроме бульона, у него не было крошки во рту, мальчик жадно набросился на еду.
Показывая на него, служанка вступила с девушками в оживленный разговор, кивая, когда в ответ ей раздавались охи и ахи. Повар тоже добавил пару раз что-то. Голос у него оказался густой и совсем не страшный, а даже благодушный. Закончив завтракать, мальчик встал.
— Спасибо! — сказал он, задвигая стул на место.
Четыре лица разом повернулись к нему. Все, кроме повара, хором что-то затараторили, а толстяк только хмыкнул и вернулся к своим делам.
Мальчик попытался понять, что ему говорят, но ничего не разобрал. Язык был ему знаком, однако слова и ударения в нем звучали неправильно, и, когда их произносили быстро, они сливались в одну непонятную фразу. Он еще раз улыбнулся, пожав плечами, показав, что ничего не понимает, и тут в кухню влетела какая-то девчонка. Она с разгону ткнулась лбом в живот повара, обхватив его тонкими руками, на что тот мягко улыбнулся и погладил ее по голове.
Приглядевшись, мальчик узнал в девчонке одну из тех, кто бросился удирать от него, когда открылась дыра в стене пещеры. Только вместо ночной рубашки и халата сейчас на ней было светлое платье до колен и сандалии. Черные волнистые волосы были схвачены за спиной лентой.
Девчонка оторвалась от толстяка, ухватила с подноса из-под его локтя кусок пирога и прощебетала всем приветствия. И едва не выронила свой пирог, когда ее темные живые глаза наткнулись на мальчика, отошедшего к двери, чтобы никому не мешать.
Девчонка порывисто повернулась к служанке и протараторила что-то — служанка покачала головой. Девчонка повторила настойчивей — служанка возразила. Девчонка положила пирог обратно и стала упрашивать о чем-то, умоляюще сложив перед собой ладони и бесстыдно подлизываясь.
Служанка стояла на своем, предупреждающе ткнув пальцем в потолок, на что девчонка только беззаботно махнула рукой. Обе раскраснелись, обмениваясь между собой словами со скоростью сорочьего стрекота.
