– Это замечательно! – первый заместитель потёр ладонями.
– Так приступай немедленно!
Вася вскочил с места и выбежал из кабинета.
– Понял суть работы? – Чугуев повернулся к Никите.
– Как не понять, Леонид Аркадьевич? Главное, не разевать рта, чтобы не ляпнуть глупость.
Чугуев кивнул, нажимая на кнопку вызова.
Кабинет быстро наполнился служащими. Никита молча слушал распоряжения Лёни, и всё больше приходил к выводу, что Чугуев действительно умный человек.
Леонид Аркадьевич быстро расставил задачи перед подчинёнными.
– Приступаем! – скомандовал он.
В момент кабинет освободился. Чугуев попросил чаю.
– Никита! Ты для чего напросился со мной? – Чугуев развернулся к собеседнику, поправил галстук.
– Так, чтобы от скуки не сдохнуть!
– Не умрёшь. Обещаю! Сейчас выедем на объекты.
Никита не сдержался, хихикнул.
– Все начальники так говорят, – пояснил он в ответ на удивлённый взгляд товарища.
– Ничего, скоро сам так начнёшь говорить. Поехали? – Чугуев отставил недопитую чашку.
На зимнем пляже, без того неуютном, рухнул естественный двухэтажный солярий. Бешеный ветер выдернул опоры, разрушил лежаки и разбросал доски по побережью. Невесть откуда появились кучи мусора: разбитые бутылки, рваные пластиковые пакеты с гниющими остатками пищи, позабытые кем-то в прошлый сезон трусы, рваные маски-аквланги и резиновые сланцы.
– Как на городской помойке, – сказал Никита.
– Верно, Никита! Конструкцию мы восстановим. А вот с мусором вопрос решит Вася. Он поработает с общественными организациями.
– Лень, и ты в это веришь?
– Не понял?
– Я хотел сказать, Леонид Аркадьевич, вы верите в то, что сказали?
– Куда он денется? Средства есть, что ещё?
– Насколько я понял, средства из НЗ.
– Разве это не похоже на непредвиденный случай? – Чугуев указал рукой на берег.
– Как знать, как знать.
– Никита! Что ты заладил? Если есть конкретное предложение, говори!
Никита раскрыл рот, чтобы высказать свой план, но в этот момент Чугуева позвали из подъехавшей машины администрации.
– Леонид Аркадьевич! Леонид Аркадьевич! – кричал, бегущий по камням и мусору толстый человек. От усилий рубаха его вывернулась из брюк и болталась под пиджаком.
– Что ещё?
– Там! – толстяк показал рукой в небо, – вас требует губернатор!
– Прямо к нему? – Чугуев посмотрел на часы, прикидывая, сколько времени займёт поездка до краевого центра.
– Леонид Аркадьевич, – тихо сказал Никита, – тебе сейчас не до меня. Я останусь тут?
– Давай! Встретимся в "Катране"!
– После обеда.
Чугуев пожал плечами, мол, как получится. Он сел в машину и укатил.
Никита пробрался через завалы к группе мужичков. Они расположились, полулёжа, как охотники. Но в отличие от известной картины, у них не было ружей и столика на траве.
– Загораем?
– Иди себе, отдыхающий!
– А если я помочь хочу?
– Одна уже помогла, стерва!
– Никак, Мискина?
– Знаешь её? – мужики оживились.
– Я анекдот знаю про Чапаева. Когда он сказал о самой страшной пытке: "Напоить и не дать похмелиться!"
– А ты что, опохмелишь?
– Запросто! Только для начала пивком.
– Чего хочешь?
– Собрать этот хлам в кучку, погрузить в машину.
– Что-то ты не то говоришь, – говорящий с приезжим мужик отвернулся, подмигнул своим.
– Как знаете. Я сейчас принесу ящик пива, но вас должно быть больше раза в три!
– А если не принесёшь?
– Да пошёл он! Пускай сам пьёт эти ссаки!
– Слыхал, парень? Топай своей дорогой!
Никита пожал плечами и ушёл.
Через десять минут он вернулся, застав мужиков в том же положении.
– Так и ждёте с моря погоды?
– Где твоё пиво?
– Уже согласны и ссаки пить? Так не пойдёт!
– Чё пришёл-то? Не видишь, людей колотит?!
– Вижу, потому и пришёл. Вот фунфурик! – Никита достал из кармана плоский флакон.
Мужик протянул руку.
– Мы люди деловые! Пусть будет так. Проходите по берегу вон до той точки – доходите до флакона! Опохмеляетесь и двигаетесь до следующего фунфурика! Всё по чесноку!
– Дай сейчас!
– Нет. Мы сразу не могли договориться, почему я должен верить вам теперь? Пройдёте двести метров, пожалуйста! А к концу работы – пузырёк беленькой, если кто пожелает.
Мужики поднялись на ноги.
– И заметьте, всё на доверии! Я расставляю флакончики и ухожу. Возвращаюсь – дело сделано. Если будет не так, на себя не пеняйте!
– А… – мужик провёл под горлом.
– После первого марш-броска! – сказал Никита, развернулся и пошёл по пляжу, отчитывая метры. На сотом шаге он устал, едва не подвихнул ногу. Никита остановился, оглянулся.
Мужики стояли в ожидании.
Он махнул рукой и поставил флакон поверх разломанной табуретки. Сам уселся рядом на обломок бревна.
Мужики без энтузиазма взялись за работу.
– Не складывайте там! Таскать будет тяжело! Лучше сразу к дороге, чтобы дважды работу не делать!
Алкаши сопели, молчали, потели и еле двигались. Оставлять их один на один с обещанным фунфуриком Никита не собирался. Он достал книжку, отвернулся к морю и представил себя на пляже в разгар сезона. Так вжился в роль, что вспотел.