Пока она возилась, прилаживая не положенный от рождения член-орган, Нина Петровна попереключала каналы.
На экране мелькали тюбики, баночки, "памперсы" и прочая рекламная дребедень. Подруга сдерживала движение руки, останавливающее гостью. Когда появился футбол, она не выдержала.
– Убери этих мужланов!
– Помолчи, Тоша!
Тоша опешила. Она уставилась в экран, вслед за гостьей.
Там по полю бегал какой-то крашеный блондин с крупным носом и короткой причёской. Камера показала крупным планом его жилистые икроножные мышцы. Тоша поморщилась.
– Вот он, герой нашего матча!!! – надрывался репортёр.
– Паша! – сказала Нина Петровна.
– Нинель? Ты его знаешь?!
– "Павел Бураков! Именно он, если вы помните, помог родному клубу выйти в премьер-лигу! И теперь, как говорится, не ударил в грязь лицом"!
Оператор показал перепачканное лицо футболиста.
– Колись, Нинель! Что у тебя с ним?
Нина Петровна переключила канал.
– Ну же!
– Отстань, Тоша.
– Как же я тебе рассказываю, а ты всё отмалчиваешься! Если что, познакомь!
– Я тебя познакомить с ним не смогу при всём желании, – улыбнулась Нина Петровна, приобняв подружку. – Это мальчик из моей группы.
– Да!? – глаза Тоши округлились. – Из этих? – она покрутила пальцем у виска.
– Да. Как это ни печально. – Нина Петровна прикрыла глаза, хлопнув накладными ресницами. Услышав про её профессию, новые подружки считали Нину Петровну кем-то вроде модного психоаналитика, в полумраке выслушивающего лежащих на кушетке секс-маньяков.
– Да! Счастливая ты, Нинель!
– Будет и на твоей улице праздник, крепись, Тоша!
– Да уж куда крепиться…
Следующие полчаса Нина Петровна утешала хныкающую вдову. Тоша месяц назад потеряла мужа. Его так и похоронили в малиновом пиджаке. Работники морга, мастера своего дела, сумели вернуть его лицу первоначальный вид. Покойник, казалось, улыбался. Хотя редко делал это в жизни. Тем более, после смерти, с развороченным осколками гранаты лицом. Тоше достались кое-какие сбережения и кучка личных телохранителей. Она развлекалась с молодыми бычками, но найти достойную замену мужу не могла. Ребёнка она не родила, увлекаясь в своё время аварийными методами контрацепции, потеряла способность к деторождению. Тоша искренне считала, что Нинель имеет такую же проблему. И так же одинока со своим холёным князьком.
– Тебе не хочется ребёнка? – сквозь всхлипывания спросила Тоша.
– Не давила бы на больную мозоль.
– Что, тоже?!
Нина Петровна покачала головой.
– Да не прикидывайся старой девой! – на удивление ясно сказала Тоша. Глаза подружки разом просохли.
– Ну, и как я буду выглядеть с пузом на раутах? Ты подумала?
– А я бы не стала заморачиваться. Родила бы, да и всё.
– Как "для батюшки-царя"? – процитировала Нина Петровна. И пожалела об этом. Подруга из поколения недорослей восприняла её слова буквально. Пришлось ещё несколько минут оправдываться, что прямого, как и окольного пути, до батюшки-царя не имеет.
– Тебе хватает и князя!
Нина Петровна промолчала. Разговор с туповатой вдовой нувориша оставил неприятный осадок. С другой стороны, Тоша выражает общее мнение. И если ещё чуточку замедлить с ребёнком, общественное положение может пошатнуться. Да и свекровь достанет. Жаль только, сам Волконский не проявляет должного рвения.
Нина Петровна, выйдя отТоши, направилась к своему гинекологу.
– Как можно, Нина Петровна! – развёл руками Брендель.
– Алик! Не смейся над старой дамой. Грешно.
– И да простит мне Создатель маленькую слабость! – улыбнулся член-корреспондент РАМН.
– Всё же скажи мне, нельзя ли ускорить этот процесс?
– Нина Петровна! Как человек близкий к медицине вы должны понимать, что скоро только кошки родятся.
– Это уже ближе к зоологии, Алик!
– Тем не менее, тем не менее.
– Может, есть более современные средства? – Нина Петровна с готовностью хлопнула себя по карману.
– Дорогостоящие, Нина Петровна, не значат лучшие. И вообще, всё более современное…
– Есть позабытое старорежимное! – продолжила фразу пациентка.
– Вот, видите, сами всё понимаете.
– Но почему?! – Нина Петровна подпрыгнула на стуле, хлопнув ладонями по столу.
Лысеющий доктор, подперев руками подбородок, молчал.
– Почему у меня не получается?! Я же не делала ни одного аборта, не вела аморального образа жизни, не страдала алкоголизмом в любой форме!!!
– Вы помните свою маму, тётю, бабушку? Сколько они сделали абортов?
– Вы думаете?! – Нина Петровна отпрянула, не отводя глаз от профессора.
– Генетика как наука находится в стадии зарождения, – доктор покачал головой.
Волконская продолжала смотреть на врача, не отрываясь.
– Нина Петровна, существует понятие "дрейф генов".
– Грехи предков, Алик? Как с ними бороться?
– Мы используем новейшие методы. Подготовим вас к зачатию и вынашиванию ребёнка. На это также существует определённый генетический срок.
– Выходит, мне девять месяцев готовиться?
– Вы поразительно умны, Нина Петровна. Работать с вами одно удовольствие! Вам, наверное, многие говорят такие слова.
– Да. Но только от них не зависит моя судьба.
– От меня тоже.