– Я не желаю более видеть вас в этих очках! – заявила свекровь.
– Если это вам портит аппетит…
– Это портит не только аппетит, но и жизнь!
Нина Петровна тогда больше ничего не сказала. А обедать стала в людской, оправдываясь занятостью.
– Тебе не кажется, что мама много уделяет внимания наследнику? – спросила Нина Петровна у мужа, когда супруги улеглись в постель.
– Думаю, не так уж и много. Она хочет внука от умной женщины. Её понять можно.
– А ты?
– Ну, мне ещё рано думать о внуке. Тем более, не знаю, кого сын возьмёт в дочери.
– Августа Клименьевна знала, кого ты возьмёшь в жёны?
– Узнала, когда мы поставили её в известность. А почему ты спрашиваешь? – Волконский приподнялся на локтях, повернувшись к жене лицом.
– Она ни на минуту, ни на секунду не даёт забыть мне о бесплодии, – сказала Нина Петровна, всхлипнув.
– Да она ничего в этом не понимает. Алик, что?
– Как там, в Германии?
– Пятисотый вышел с конвейера, – ответил Волконский. Он понял, о чём спрашивает Нина. – Брендель об этом уже знает.
– Так, почему он бездействует? Поначалу обещал через девять месяцев. Теперь затянул ещё на полгода. Не пора ли сменить гинеколога?
– Я не знаю, – Волконский пожал плечами. – Вообще-то, он хороший специалист.
– А вот что я сделаю! Завтра же пойду к участковому врачу в обычную женскую консультацию!
– Сэкономишь нам на "Мерседес", – улыбнулся Волконский.
– Саш, ты сам хочешь ребёнка?
– Да! Очень хочу! Но, обещай мне, что не станешь прерывать лечение Бренделя, не посоветовавшись со мной!
Нина Петровна дала слово.
Поутру она, действительно, направилась в женскую консультацию.
– Валя! Останови здесь, дальше я пешком, – сказала Волконская за квартал до женской консультации.
Валентина похвалили подругу за находчивость.
– Полис не забудь! – сказала она.
– Не забыла. Подождёшь полчасика, а потом поезжай! Если что, я позвоню в гараж.
– У меня есть два часа, как минимум! – улыбнулась Валентина.
Нина Петровна дошла до серой пятиэтажки, внешне смахивающей на общежитие, потому что не было балконов. Облезлая табличка с надтреснутым стеклом свидетельствовала о том, что госпожа Волконская не ошиблась адресом.
После проверки документов в регистратуре её заставили пройти флюорографическое обследование.
Из кабинета флюорографии Нина Петровна вернулась к стойке регистратуры. Окошко, в которое она обращалась вначале, оказалось закрытым. За стеклом стояла табличка с надписью, исполненная корявыми буквами: "Перерыв 15 минут".
Нина Петровна постояла, облокотившись на стойку, изучая древние плакаты на облезлых стенах. Дамы с довольно таки щуплым бюстом, трогали собственную грудь, разыскивая признаки начинающего рака молочной железы. Нина Петровна сняла очки, искажающие изображение. Потихоньку-помаленьку она разобралась в латинизированном тексте. Пользуясь начатками знаний латыни, Волконская поняла: вначале развивается мастопатия, затем она переходит в рак. И далее четыре стадии: одна за другой. Интересно, зачем женщинам нужно знать это? Чтобы не спать по ночам? Нина Петровна с удивлением заметила, что рука сама собой потянулась к груди. Волконская отдёрнула руку, посмотрела на часы. За переводом она убила четверть часа!
Пора открывать окошко регистратора. Никто не спешил этого делать. Очередь отсутствовала. Наверное, женщины знают, что время в женской консультации идёт иначе. Нина Петровна пригнулась к окошку, стараясь разглядеть кого-нибудь внутри. Сквозь щелку между табличкой и деревянной рамой она увидела кого-то в белом халате. Так же услышала звон чашек. Так и есть, пьют чай! Что ж, это надолго. Нина Петровна хотела уже выйти во двор, погулять, но услышала свою фамилию.
– Что за Волконская? Княгиня что ли? – спросил грубый голос.
– Да кто их сейчас знает? В кого ни плюнь: всё князья да графья! Одни мы, как были холопами… – ответила дама визгливым голоском.
– Да какая там княгиня! Из приезжих лохов.
– Почему?
– Богатые к нам не ходят. А если и придут, то сразу к заведующей. Уж до регистратуры не опустятся!
– Ас какого она участка?
– Да кто её знает! Пришла, попросила карту к врачу.
– И к кому её пошлёшь?
– Хорошо будет себя вести, на пятый участок. А если совсем не догоняет, кстати, она с пустыми руками пришла, отправлю к стажёру из провинции!
Нина Петровна улыбнулась. Чего она и добивалась. А ещё собиралась сунуть шоколадку! Только к стажёру, и только из провинции! Довольно столичных членов-корреспондентов!
– Здравствуйте! – приветствовала её седовласая женщина в белом халате.
Нина Петровна ответила на приветствие, оглядывая кабинет. Где же стажёр из провинции?
– По какому вопросу?
– Я не могу забеременеть, – сказала Нина Петровна, не собираясь вводить акушерку в курс дела. Волконская смотрела на дверь, но врач-стажёр не появлялся.
– С вами пришёл муж?
– Нет. А почему вы спрашиваете?
– По праву доктора.
– Извините.
– Не нужно извиняться, вы меня нисколько не оскорбили! – женщина в белом халате улыбнулась. – Все приходящие ко мне, ищут глазами зелёного стажёра.
Нина Петровна аж подпрыгнула на стуле.