Но я хотел жить, хотел быть с Беллой, и он не отнимет это у меня. Здесь было все реально. Кровь сопровождала наш бой, и чем больше ее становилось, тем ближе был финал. Я чувствовал, что Солт выдыхается, видимо он потратил много сил на гнев и ненависть и теперь тени оставляли его.
Я не заключал сделки. Даже если бы он победил, я не собирался просто так оставлять Кристабель. Она была моей. И так будет всегда…
Я тяжело дышал, тело невероятно устало, а доспехи были испорчены. Я чувствовал запах своей победы. Фабиан оказался на удивление слаб. Он лежал на полу, глядя в потолок, а я оперся на колени, чтобы отдышаться. Вдруг он приподнялся на локтях. На его лице застыло безумие, и он растянулся в злобной улыбке. Его тело стало подергиваться дымкой, будто тени выплыли наружу. Но маги теней не обладали таким свойством. Его кожа посерела, и я все понял.
Что-то тяжелое ударилось о мою голову, и свет погас.
Едва мы вернулись в академию, мне захотелось бежать. С этим местом связано все самое плохое в моей жизни. Но и самое прекрасное. Я не хотела знать, почему еще жива после встречи с элементалем, теперь это казалось не важным. В моем разуме билось лишь незатейливое стихотворение Багряного Оскола.
– Я приду вечером, – заверил меня Лекс, – если еще буду здесь учеником. И Белла, – он обнял меня, – будь сильной.
Я едва сдержалась, чтобы не заплакать. Лекс, широко улыбнувшись, зашагал по коридору, а мне предстояло выстоять еще один неприятный день.
– Мисс Эверс, – я обернулась, встречаясь с обладателем серебряной косы. Безупречного костюма. Безупречной улыбки.
– Магистр, – я склонила голову.
– Орион, – поправил мужчина, подставляя мне локоть, – пройдемся.
У меня не было возможности отказаться. Мне стало неловко, вспомнив, что я только вернулась из пещеры и не успела привести себя в порядок.
Мы молчали, отчего мне стало еще более неудобно. Добродушное лицо магистра могло скрывать все что угодно. Он вывел меня из замка. Я почувствовала теплый ветер и горячие лучи солнца. Это напомнило Эйдена, его нежность…Я прогнала эти мысли и сосредоточилась на мужчине. О чем он хотел поговорить?
– Так вы все же были там? – мы остановились и оказались друг против друга.
– Вы оказались правы. Я получила то, что хотела, – я кивнула. Не было смысла скрывать это. Орион задумался.
– Ответы нашли вас? Где именно?
– В кристальной пещере, – произнесла я.
– Кристаллы молчаливы. А Оскол не знает ответов, – улыбнулся магистр торжественной улыбкой. Я хотела было спросить, не сумасшедший ли он, но решила, что это слишком. Разве не он и мистер Раял отправляли меня туда? А теперь этот мужчина, в образе могущественного графа, заявляет, что все это чушь.
– Я слышала голос, – возразила я, отметая мысли о собственном безумии. Я не могла придумать этот стишок и приятный шепоток в голове.
– Голос реален, но он не принадлежал тому месту.
– Просветите же меня! – я скрестила руки на груди. Мне показалось, будто все это большое издевательство. Что это значит? Кому принадлежал тот голос?
– Кристабель, – он положил мне руку на плечо, отчего я дернулась, – вас окружает так много тайн, которые вы не в силах постичь. Пока не в силах. Все что происходит с вами прекрасно и пугающе одновременно. Но линии судьбы не изменить. Вам уготован более тернистый путь, чем мы думали.
– Происходящее со мной прекрасно? Да кто вы такой! – я забыла обо всех нормах приличия. – Все мое существование сплошная ошибка, люди вокруг меня либо гибнут, словно снежинки в огне, либо страдают. Не знаю, что подготовила мне судьба, только все это похоже на бесконечный круг ада. И никто не в силах вытащить меня из него.
– Есть один кандидат, – магистр не обратил внимания на мою злость. Он изучал меня своими небесными глазами. На меня нашло чувство дежавю…Магистр улыбнулся, а его волосы засверкали на солнце, когда он дернул головой, наклоняясь ко мне. Он ткнул пальцем прямо в мое солнечное сплетение. – Только ты способна все это закончить.
– Почему все говорят загадками и глупыми стишками? Или вы все боитесь произнести правду? – я откинула от себя его руку. – Мой путь уже написан мой. И мне плевать на хороший конец.
И я зашагала прочь, я сбежала. Закрылась в комнате и сползла на пол. Я вновь разрыдалась. Я не помнила, какой по счету это был раз. Я обещала себе не проронить ни одной слезинки после смерти родителей. Я обещала это…И как быстро забыла.
