- Не знаю, - Ран пожал плечами, - я не мог пройти мимо и не попытаться помочь. Ты ведь мог умереть от удара о воду, и я бы вытащил на берег трупик. Но ты выжил, и сейчас сидишь рядом, задавая странные вопросы. С того моста каждую неделю кто-то прыгает, несмотря на все решетки и камеры наблюдения, но я почему-то проезжал мимо именно тогда, когда ты перелез через парапет. И, кстати сказать, в любой религии самоубийство порицается. Бог послал тебя в этот мир, придумал для тебя целый квест испытаний, а ты, как трус, решил сбежать с поля боя, отказавшись от битвы за свою жизнь. Ай-яй-яй, как нехорошо.
Том, нахохлившись, опять отвернулся к окну. Там мелькали транспортные развязки, множество авто везло массу народу по только им понятным делам. И что, на каждого из них есть СВОЙ БОЖЕСТВЕННЫЙ ПЛАН? Или это только Том такой уникальный? Машина альфы вынырнула из транспортной сети неподалеку от кампуса. Ран как всегда вышел первым и встретил Тома у двери.
- Уверен, что не хочешь сладкого? - Ран показал рукой на горящие витрины кафе, - можем взять домой чего-нибудь.
- Нет, - Том поежился от ночного ветра, - когда слышу приторно-сладкий запах, меня даже тошнить начинает. Я даже духами не намазался сегодня.
- Я это заметил, - Ран довольно ухмыльнулся, - и правильно сделал, твой запах лучше любой парфюмерии.
- Ты это говоришь только потому, что прыгал за мной с моста и теперь возишься, как с домашним питомцем, - недовольно фыркнул омежка, - сколько видел хозяев котов или хомячков. Они сначала за них заплатили, а потом тратят деньги на корм и песок. Поэтому, конечно, при виде своего жирненького котика тоже растекаются лужицей от умиления – ути-пути, красавчик. А потом терпят с улыбками, когда те орут и мебель портят. Лучше бы дали пару раз под зад, так нет же! Красавчик толстожопый, в носик чмок милашку!
- Ну, тогда помурлыкай! - рассмеялся Ран.
- Фыр! - Том скрючил пальцы, выставив вперед когти, - я злой цапка-царапка!
Дома их встретили Олаф и Таэль. Они сидели на кухне и ели странные слоеные печеньица. На столе стояла большая корзина с фруктами. Рафик метался по дому, как укушенный.
- Ах, господин, мы не успели подготовить комнату для биби, - Рафик заламывал руки от горя, - и кровать привезут только через час! Мы не ожидали, что вы вернетесь так рано!
- Том устал, и мы вернулись, - отчитался Ран.
- Мяу, - согласился Том и полез за фруктами на столе, - а чего празднуем?
- Избавление от Майонеза и возвращение блинчиков на завтрак! - возвестил Таэль. - Этого свинтуса поселили на соседней улице, заранее сочувствую его соседям!
- Я сегодня посплю в своей старой комнате? - Том зевнул.
- Нет, - Ран почистил апельсин, - сегодня спи в моей комнате, а завтра заселишься в свою собственную. Да, и не забудь, что завтра на занятия.
- Так точно! - Том вытянулся по стойке смирно и отдал честь, а потом зевнул. - Надеюсь, молоко и яйца вы купили, а муку Майонез не успел слопать?
- Отправляйся спать, кормилец, - рассмеялся Олаф, глядя на зевающего омежку. - Все будет наутро, не переживай.
Том, забрав из своей комнаты пижаму, постельное белье и крестик из-под матраса, поплелся на второй этаж. Не удержался и сунул любопытный нос в соседнюю комнату. Там перекрасили стены из зеленого цвета в светло-персиковый, а какой-то бета снимал прежний светильник с потолка. Том пожал плечами. Ну и к чему все эти сложности? Он бы прекрасно пожил в комнате с прежним цветом стен…
Комната Рана была привычной, запах альфы успокаивал почище снотворного, но стоило забраться в кровать, как в комнату вошел Рафик. Он принес стакан молока с медом и заставил выпить, якобы для спокойного сна. Но Том и так уже почти спал. День был очень длинным, а истерика в клубе выпила последние крохи сил. Довольный Рафик увидел, как уснул омежка, и с улыбкой выключил в комнате свет. Ран сердито рыкнул на Рафика, чтобы тот не мучил Тома, но старый слуга в ответ почтительно склонился перед молодым господином. Да, все именно так, как и должно быть…
Новая комната первое время пугала Тома до нервного тика. Стоило проснуться и увидеть над головой полупрозрачный полог с бабочками и цветочками, как от ужаса хотелось зажмуриться, а когда взгляд цеплялся за шторы в рюшиках и бантиках и светильник, который изображал цветы, внутри все холодело. Все вокруг было таким ненастоящим, как будто дури нюхнул и у тебя в голове единороги блюют радугой и срут бабочками… Ему такое виделось однажды, когда ему в стакан с компотом сыпанули дряни. Тогда тоже все вокруг стало ярким и красочным, и всякие мимишности вокруг, и люди все стали красивыми и добрыми…