Том пил потихонечку горячий чай и прикидывал, что такого мог подарить Ран, ведь у него все есть. Когда они приехали к кампусу, Ран предупредил, чтобы Том ничему не удивлялся в домике. Омега заинтригованно прищурился и повел ушками – еще один сюрприз? Но реальность оказалась намного неожиданней. У входа в домик они столкнулись с Таэлем, который забирал посылку у почтового дрона.
- Привет, Том, - Таэль подхватил тяжелую коробку, - не удивляйся, но я первый раз встречаю Рождество без семьи и, похоже, они все решили, что я с голоду погибну в такой праздник.
Том зашел в дом и оглянулся, коробки доставки стояли на всех горизонтальных поверхностях. На столешнице кухни, обеденном столе, подоконнике, журнальном столике у визора и даже несколько на диванах. Стоило Рану закрыть входную дверь, как она открылась и вошли Намир с Энди. Энди сверкал золотым браслетом и серьгами, а Намир здоровенным засосом на шее.
Том сразу включился в наведение порядка. Практически в каждой коробке стояли тарелки с каким-то праздничным блюдом, завернутые в фольгу. Коробки с домашним печеньем, шарлотками и душистыми имбирными пряниками. Энди помог вначале убрать все со стола, а потом разворачивать фольгу с тарелок и выставлять все на стол. По всей видимости, родня Таэля не договаривалась заранее друг с другом, потому что вскоре на столе оказалось три фаршированные утки и четыре индюшки, различные по размеру и начинке, но, тем не менее, одинаково прожаренные. Вскоре весь стол был заставлен тарелками с запеченными овощами и салатами. Коробки с печеньем, выпечку и сладости оставляли на подоконнике, ставя стопками одно на другое.
- Ну, никто не говорит, что все это надо съесть за сегодня, - Энди с сомнением осмотрел гору еды, - и потом, может гости припрутся и помогут очистить тарелки. Хотя посуды у вас явно прибавится. А что, Таэль, у тебя так много родни?
- Да, - Таэль метнулся к двери и принес очередную коробку, на счастье, там были вещи и конфеты, - у всех наших много детей и поэтому родни так много, что мы на большие праздники устанавливаем шатер на улице, чтобы всем места хватило. А я был единственным и поздним ребенком у родителей, поэтому у многих моих кузенов есть не только дети (минимум по пять у каждого), но и внуки. Я с детства был всеобщим любимцем и баловнем. С двумя внучатыми кузенами я учился в одном классе, а директором школы был старший брат папочки, а классным руководителем кузен отца. Мои внучатые кузены были альфами и крупнее меня на целую голову, им нравилось называть меня дядюшкой и беречь, как хрустальную вазу.
- И как они тебя одного в институт отпустили? - прищурился Энди.
- Когда я заявил, что буду учиться здесь и, более того, жить в студенческом кампусе, родня собралась на семейный совет, на котором они решили, что это запоздалый подростковый бунт. Но после долгих споров договорились уважать мое решение и пообещали не устраивать демонстрацию взволнованной родни в кампусе и даже не разбивать палаточный городок для охранников и сопровождающих, и вообще, пообещали не мелькать в институте и не тиранить куратора группы.
- Даже не знаю, пожалеть тебя или позавидовать, - Том разобрал последнюю коробку, освободив ее от печенья и салатов, - наверное, все же позавидовать, хорошо иметь родных людей, которым не все равно, что с тобой происходит. Сытый ты или голодный, обижают тебя или нет, и вообще, когда есть хоть кого обнять…
- Иди сюда, я тебя обниму, - Энди распахнул руки для объятий, - только не хнычь, как тогда под кроватью. - Том обнял друга, тот похлопал его по спине, - пока я с тобой, никто тебя не обидит. А если и обидит, так в ухо получит… А чем это тебя Ран кормит, что ты вдруг стал с меня ростом? - Энди с удивлением смотрел в глаза, которые были на его уровне, - мало того, что жопку наел, так еще и вымахал. Завязывай расти, а то будешь дылдой!
- Я не специально! - разозлился омежка, - это все витамины. Хочешь, тебе проколю курс, и ты вырастешь, как модель для подиума.
- Не, спасибо, - Энди взлохматил друга, - хочу быть милашкой, которого удобно носить на руках!
- Там подарки под елкой, елью, а? неважно, - отмахнулся Таэль и пошел забирать следующую посылку, - разбирайте и садимся есть. Я голодный! Мы с Олафом свои забрали.
Под елью действительно лежало несколько упакованных в красивую бумагу свертков. Обнаружились даже для Энди и Намира. У Намира была коробка пахлавы, а вот Энди досталась достаточно дорогая ручка с позолоченным пером. Тому Олаф подарил большой и тяжелый подарок, который оказался Библией в подарочном издании. У нее было золотое тиснение креста на синем тканом переплете и золотой срез на страницах. А внутри были красивые гравюры и текст, написанный замысловатым шрифтом.
- Это – издание Библии с иллюстрациями Густава Доре, - Олаф довольно улыбался, - самые красивые гравюры на библейскую тему, какие я только видел.