- Опять показывают! - Энди сделал громче звук визора, - они, наверное, идиоты, раз до сих пор найти не могут! У них же есть список волонтеров, там что, омег было два десятка? Я вообще-то уверен, что омега там был один – ты… а они устроили викторину: «кто же этот отважный омега?». Ран, а они тебе не звонили? - ехидничал Энди, - вдруг ты своего спасителя смог разглядеть?
- Я отключил коммуникатор, кому надо со мной связаться, могут сделать это через Намира. В институте я взял отпуск на пять дней, а прошло только три. И я тебя прошу еще раз, выключи визор, или переключи. Я, когда вижу эти кадры летящего Тома, мне плохо становится. И от злости хочется кому-то уши оборвать, чтобы не смел больше рисковать своей жизнью!
Том виновато засопел и нахохлился. Он не знал, что когда он летел на дроне, за ним увязался мелкий новостной гаденыш, который все снял. И его побег из лагеря, и то, как он одинокой тушкой в малиновых штанах мотылялся в белой каше снежных хлопьев. Со стороны это смотрелось, как сцена из фильма ужасов, хотя, если вспомнить, то и ощущалось примерно так же… До Тома только дома дошло, насколько сильно он рисковал, но тогда он совсем не думал о себе. И даже понимая сейчас всю опасность такого полета, если бы пришлось повторить, то он поступил бы так же.
Потом новостной дрон его потерял, по всей видимости, когда один из двигателей почтового дрона отказал и Тома резко мотнуло вниз. Зато потом он нашел Тома, когда тот делал искусственное дыхание Рану, как потом не дал ему подняться, как растирал ему руки, а потом лег сверху, а Ран его обнял. И потом, когда появился Намир и следом прибежали другие спасатели.
Оказывается, дрон делал съемку в прямом эфире во время ток-шоу, посвященного лавине, горноспасателям и волонтерам. Если для горноспасателей это работа, то кто тогда волонтеры? Они рискуют своими жизнями не потому, что это их работа, а потому, что не могут пройти мимо чужой беды. И кем их считать, современными святыми или адреналинщиками, ищущими очередную «дозу»?
Когда один дрон потерял Тома во время отказа двигателя, другой в это время брал интервью у других спасателей, которые были в лагере. Там злые альфачи ругали глупого омегу, который даром рискует своей жизнью, потому что найти при такой видимости кого-либо просто нереально. Правда, потом выяснилось, что синяя точка дрона и маячок сумасшедшего омеги упрямо приближаются к носилкам, а потом почему-то красная точка на карте, обозначающая омегу, кружилась вокруг носилок, пока не замерла неподалеку.
Координаты носилок передали первому дрону, который нашел омегу в процессе реанимации человека без маячка. Дрон программы новостей показал в студию «без цензуры» ошметки тела, прикрепленные к носилкам, и процесс реанимации, хотя омегу в этот раз показывали со спины и мельком. Люди в студии опознали Тиграна, его много кто знал в лицо, поскольку он часто мелькал с Лекси. Они то сходились, то расходились, но имя Тиграна всегда связывали с этим эпатажным омегой. Кто-то ушлый позвонил в секретариат Кантарини, чтобы узнать, что они думают по поводу того, что Тигран, скорее всего, мертв…
Но в ответ буквально, когда к Намиру присоединились другие альфы, с неба сквозь снег и ветер практически на голову свалился белый медицинский модуль с гербом Кантарини на борту. В модуль забрали Тиграна, омегу и Намира. Медик из шаттла только подошел к носилкам и, удостоверившись, что человек окончательно мертв, отказался забирать труп на борт. Шаттл стартовал с тремя пассажирами на борту, оставив других выбираться из передряги своим ходом.
Том впервые воочию увидел модуль экстренной медицинской помощи. Им в училище показывали картинки и на пальцах объясняли, какая это крутая техника. А еще посреди стояла спасательная реанимационная капсула, похожая на саркофаг. В этот саркофаг и положили Рана (предварительно раздев), а потом Том увидел собственными глазами, что такое нанотехнологии. В сломанную ногу сделали укол, а потом на экране планшета появился снимок разломанной кости. Вначале компьютер собрал ее, как паззл, а потом маленькие, невидимые глазу наниты передвинули осколки в нужном порядке, чтобы после скрепить края кости своими крошечными телами.
Доктор после операции показал любопытному омеге, как наниты выглядят, увеличенные в сотню раз. Они были, как маленькие муравьи с маленькими лапками и двумя головами. Этими головами они вцеплялись в края кости и создавали что-то вроде стежков, которые крепили кость крепче любого клея. Они же восстановили разорванные связки и кровеносные сосуды. Потом на ногу альфе надели лангет и велели поберечь ногу неделю, пока не образуется костная мозоль на месте разлома. В конце концов их высадили у порога дома в кампусе, и оглушенный Том, в карманах штанов которого все еще лежал набившийся снег, неожиданно оказался в родном домике. Никто не успел разглядеть, кто вышел из модуля и зашел в дом.