- В такой одежде ходят на Сабахе? - удивился омега.
- Нет, - Рафик повесил очередную блузу на плечики и достал длинное платье, - омеги ходят вот в этом. Хочешь померить?
Ну, конечно же, Альби хотел! Платье оказалось неожиданно впору. И плечи, и рукава, и длина подола были идеальными. Платье было кремовым, с мелкими красными цветами по подолу, на груди застегивалось мелкими пуговичками. Оно плотно облегало тело и спускалось вниз широкой шелестящей юбкой. Рафик помог застегнуть пуговички и довольно улыбнулся, увидев конечный результат. Потом он посадил омегу на маленький пуфик. Расчесал густые волосы, ловко завернул в хитрый крендель и заколол шпильками.
А потом принес драгоценности и очень осторожно надел на омегу. Обруч-диадема немного давил на виски, но Рафик сказал, что отнесет ее к ювелиру, чтобы подправить размер. Тонкие «звездные» браслеты закрывали запястья, рубиновые браслеты закрепили поверх манжет. Ожерелье тяжело легло на грудь, а вот перстень уверенно сел на безымянный палец. Рафик довольно поцокал языком и, вытащив из укромного угла зеркало, поставил его перед омегой.
Том растерялся, когда увидел отражение. Из зеркала на него смотрел незнакомец. Это был тот самый Альби, которого так любил Ран. В нем почти ничего не осталось от приютского заморыша. Только тревога в глубине зрачков. Альби действительно был красив. Густые волосы, красивое лицо, длинная шея, стройное тело. Ровная, чистая кожа, до сих пор припухлые от поцелуев губы, брови вразлет и только глаза остались те же… немного испуганные и взволнованные. Когда он раньше смотрел в зеркало, когда умывался и чистил зубы, он не рассматривал себя, он только смотрел, чтобы быть чистым, чтобы не было на щеках брызг зубной пасты и волосы не топорщились. Но за всеми этими мелочами он не замечал себя. Не замечал, как сильно изменился. Не только вырос, но и повзрослел. Теперь он точно не был похож на ребенка… Теперь он понимал восторг альфы, да, Альби был настоящим красавчиком.
Хорошо, что он стал таким возле Рана… на седьмом он бы не выжил с такой красотой… его бы увезли неизвестно куда, и никто бы не узнал, что с ним потом случилось… Том вздохнул и поправил шелковое платье на Альби… Теперь надо попытаться привыкнуть, что он выглядит так… С такой внешностью не спрячешься в угол, теперь он красавчик…
- Так можно ходить только дома, - подал голос Рафик, - выходя из дома в платье, надо закрывать голову платком, а платье верхней одеждой. Но ты можешь надевать ваши брюки, и тогда только закрывать волосы. Я покажу тебе, как все делать правильно. А теперь шлепки.
Рафик достал с нижней полки тряпичные вышитые тапочки такого же цвета, как и платье, и поставил перед Альби. Тапочки оказались впору. И даже приятными на ощупь… После этого Рафик потащил омегу по дому. На втором этаже было четыре маленькие спальни для омег и детей и одна большая для альфы. Именно в ней они и провели течку. Кроме ванной комнаты альфы, была большая купальная комната для омег и два отдельных туалета. Рафик пояснил, что это маленький домик для гостей. В большом спальных комнат больше.
После этого они спустились на первый этаж. Там была пустая комната с коврами и подушками. Рафик назвал ее традиционной гостиной, а еще была обыкновенная гостиная комната с удобными креслами и диванами, большим столом и даже с настоящим камином. Рафик сразу пояснил, что на Сабахе нет каминов, только плиты для приготовления еды. Их топят углем. А камин, в котором жгут дорогую древесину, это расточительная глупость для сынов пустыни.
- А почему? - удивился омега.
- В пустыне не растут деревья, только пальмы, но они живут долго и редко ломаются. Никто не может срубить дерево – за это могут казнить! В оазисах караванщики обрезают засохшие листья пальм для растопки костров, и не больше, чем необходимо на один раз.
- Жалко, - вздохнул Альби, - никогда не видел горящего камина… Костер разводил на побережье океана. Было очень красиво. А камин – это ведь как костер, но только дома? Я только по визору видел. Была такая романтическая комедия. Там главные герои вначале ненавидели друг друга, а потом они оказались на горнолыжном курорте и их снегом засыпало в маленьком домике. Они вначале ругались, а потом влюбились. И там сцена была, когда они вдвоем сидели у камина грелись, грелись. Все ближе друг к другу, а потом начали целоваться. Прямо у камина. Я тогда подумал – это так романтично: огонь и любимый человек, и оба горячие.
- Не грусти, Альби-хабиби, - всплеснул руками Рафик, - сейчас разожжём камин! Мы же на Земле, а не на Сабахе! Мы сейчас сделаем романтично. Будет и камин, и белая скатерть со свечами!