- Я отказываюсь обсуждать эту тему с человеком, который передергивает факты! - рявкнул Ран и вскочил с места, - наши омеги – наша драгоценность и смысл нашей жизни. Мы заботимся о них, как о детях, предоставляя им самое лучшее, что только можем найти.
- Но, тем не менее, каждому наследнику в день совершеннолетия дарят пятерых невинных омег, которых он должен лишить невинности за одну ночь, чтобы доказать свою мужественность! - Лекси наклонил голову на бок и усмехнулся. - Так было и у тебя?
- Нет, - Ран усмехнулся в ответ, - с разрешения родителей я решил дождаться моего единственного. Так же, как и мой отец, встретивший свое совершеннолетие с единственным омегой, с которым живет в любви и согласии до сих пор!
- То есть, доказать свою мужественность у тебя так и не получилось? - Лекси светился от счастья.
- Не с тобой обсуждать эту тему, - Ран таинственно улыбнулся и довольно сверкнул глазами, - я нашел свое дыхание жизни и каждый день благодарю Аллаха за этот дар!
- Дыханием жизни у вас называют истинные пары? - Лекси игриво подвигал бровями.
- Дыхание жизни – это не только генетическая совместимость, самое главное – родство душ. Когда твое сердце на одной волне с другим и ты уверен, что тебя не предадут, ты можешь доверить его рукам самое дорогое – свою душу! - Ран посмотрел на Лекси с жалостью и покачал головой, - но тебе этого никогда не понять. Так же, как верность, порядочность, ответственность за других…
- То есть, ты утверждаешь, что на Сабахе нет гаремов? - Лекси раздувал ноздри и кривил рот, - и там не дарят невинных омежек, как питомцев, на праздники друг другу? И едва дождавшись первой течки, не заставляют рожать каждый раз?
- Я пришел сюда разговаривать о наших садах, а не об омегах, и если ты изменил тему передачи, то я ухожу.
Ран спустился с помоста и стал отсоединять микрофон, пока шел к выходу со сцены, но это не устроило Лекси.
- Стоять! Ты уйдешь отсюда, только когда я отпущу тебя! - Лекси метнул в Рана свой планшет, а когда тот отбил его рукой, то закричал кому-то в зал, - АТУ его!
С первого ряда встали несколько омег, у них в руках были корзинки с яйцами, которые они принялись швырять в Тиграна. Тот уклонялся от некоторых, другие перехватывал руками. Они бились от ударов, и вскоре альфа оказался в брызгах и потеках желтка на лице и одежде. Лекси смеялся, как одержимый, глядя на все это, но тут вначале появилась заставка, а потом текстовое объявление, что произошла техническая поломка и канал приносит свои извинения за остановку вещания.
- Какой кошмар! - Альби дрожащей рукой выключил визор, - надо было все же ехать с ним. Надеюсь, там найдется полотенце, чтобы обтереться? Лекси, похоже, окончательно сошел с ума.
Альби вдруг увидел, как на него смотрят Рафик с Ради. Ошалело, приоткрыв рот, как будто увидели впервые.
- Что? Что случилось? - Альби дернулся встать и убежать от таких взглядов, - я не знал, что Лекси такое отчебучит! И его брат уверял, что передача будет про снабжение продуктами питания столицы.
- Ты – дыхание жизни Тиграна? - неуверенно спросил Рафик, - ты его чувствуешь в душе?
- Да… - Альби взволнованно облизнулся, - я почувствовал его задолго до того, как мы… ну это… вначале я просто знал, когда он злится или радуется, а потом понял, что точно знаю, где он и что с ним. И когда я летел в горах, то точно знал, что он в беде и ему нужна помощь. И она ему нужна прямо сейчас, медлить нельзя, потому что будет поздно.
- «Среди Его знамений – то, что Он сотворил из вас самих жен для вас, чтобы вы находили в них успокоение, и установил между вами любовь и милосердие. Воистину, в этом – знамения для людей размышляющих»** - прошептал Рафик и провел руками по лицу. - И что с ним сейчас?
- Он едет домой, - Альби повел глазами по сторонам, лишь бы не смотреть в горящие глаза Рафика, - он злится, и в то же время почему-то ему смешно. Надо будет встретить его у ворот, он хочет меня обнять как можно быстрее. Ради, принеси платок, я пойду ко входу. Рафик, убери сладости и позаботься об еде, ты не дал Рану толком позавтракать, пообедать у нас не получилось. Я хоть дома перекусил, а он голодный!
Ради рванул с низкого старта, как спринтер, а Рафик, счастливо улыбаясь, встал и сложил руки на животе, поглядывая на омегу, как на любимое дитя. Когда Ради принес платок, помог завязать его, закрывая волосы и шею, разве лишь только не причмокивая от удовольствия. Когда Альби вышел на порог дома, то увидел молчаливую толпу, которая с каждой минутой становилась все больше. Он немного растерялся, не понимая, что происходит.
- Это правда, что ты чувствуешь Тиграна всем сердцем? - здоровенный альфач смотрел на него с интересом, как на диковинную птичку, которая вдруг заговорила.