- Конечно, можно, - обиделся селафь. - Интересно, кто посмеет мне запретить? Я не раб, делаю, что хочу. И я с удовольствием посмотрю на квартиру, которая стала калымом за Альби к свадьбе. Мне даже надо на нее посмотреть, чтобы потом рассказать другим, - Айдан решительно поднялся и стал застегивать пуговички на абая. - Рафик, передай Нури, что я передумал ложиться спать прямо сейчас. Тигренок, пошли, на обратном пути хочу посетить ресторан. Итальянский ресторан, мне в прошлый раз очень понравились эти их длинные штучки из теста…
Селафь пощелкал пальцами, пытаясь вспомнить название. Рафик, склонившись, отодвинул столик с пути омеги, чтобы тому было удобно выйти.
- Спагетти? - подсказал Ран, помогая Альби подняться с кресла, - конечно, селафь. Я знаю очень приличный ресторан с живой музыкой и хорошей кухней, сейчас закажу столик. Тебе понравится. Нам всем понравится. Энди, не стой столбом, поехали, похвастаешься и заодно рассмотришь подарок! Намир отвезет и с удовольствием поужинает с нами.
*
Альби понял, что до этого жил очень тихо. С появлением Айдана, казалось, даже воздух пришел в движение. Накануне свадьбы Альби затянули на целый день в домик к Айдану и там, в большой ванной, отмачивали и отмывали, как будто он был шелудивым котенком из подворотни. Оказывается, Айдан привез с собой и банщицу, и массажиста, и они не только отмыли ему до скрипа кожу и волосы, но и размяли с ароматическими маслами так, что он растекся лужицей по столу. А потом обнаружил себя спящим в чужой кровати и в чужом доме. Он тихо выполз из кровати и с благодарностью накинул на голое тело оставленный кем-то халатик.
Осторожно спустился босиком по лестнице, собираясь тихо сбежать домой, но наткнулся на слугу, который перегородил ему дорогу и молча открыл боковую дверь. Там была «традиционная» гостиная. А это значит, ковры и подушки. На одной такой подушке сидел Айдан и читал толстую книгу на смешном складном столике. Взрослый омега оглянулся на звук шагов и ласково протянул руки навстречу омежке.
- Проголодался? Надо тебя хорошенько накормить. Завтра тебе будет не до еды. Пока не принесете брачные обеты, молодых кормить не принято. Нури, - позвал омега, но на его зов уже бежал пожилой мужчина с подносом, заставленным тарелками, - чем бы нам еще порадовать сердце нашего Тигренка?
- Пусть ест быстрее, - Нури хитренько улыбнулся, - наш Тигренок сам придумал развлечение для своего любимого.
- Тогда, Альби, поторопись, - Айдан закрыл толстую книгу, которая оказалась Кораном, и, расправив юбку, стал прислушиваться.
Альби действительно торопливо кидал в рот кусочки мелко нарезанной еды, почти не ощущая вкуса, и вдруг услышал под окном рокот маленького барабана. Он помнил этот звук по предыдущим праздникам. Потом к барабанам добавились дудук и ситар, и почти сразу послышался голос Рана. Это было очень неожиданно, Ран никогда раньше не пел. Танцевал, читал стихи в тишине спальни, но не пел. У него был очень красивый глубокий голос. Альби замер с кусочком мяса в руках, так и не донеся его до рта.
Как рассказать о том, чего хочу?
Быть возле сердца твоего хочу.
Молить об исполнении желаний
Тебя, живое божество, хочу.
Глаз не смыкая, праздновать с тобою
Ночь нашу, наше торжество хочу.
Тебя одну, желанную награду,
Отраду сердца моего хочу.
С любимых ног хочу снимать пылинки
Губами — только и всего хочу. ****
Альби понял, что уже дышит в такт размеренной песни, следуя за переливом голоса, как зачарованный кролик. Он отодвинул поднос и пошел к окну, желая выглянуть из-за плотной шторы. Он должен его увидеть!
- Нури, выключи свет! - скомандовал селафь, - как будто мы легли спать и ничего не слышим!
Вся комната погрузилась в темноту. Песня закончилась, началась другая, в этот раз ее пели уже на три голоса, и это было необыкновенно красиво… Альфы пели о любви. Каждый куплет исполнял кто-то один, и только припев пели втроем. А потом опять пел один только Ран, а другие поддерживали его музыкой.
- Нет! - Айдан перехватил тонкую руку, которая схватилась за штору, - нельзя так просто сдаваться, пусть поют еще!
- Ну, пожалуйста… - взмолился омега, - хотя бы одним глазком!
- Беги на второй этаж, открой окно, но только свет не включай! - практически крикнул в спину убегающему Альби селафь.
Альби забежал в комнату, в которой проснулся, и распахнул окно! По связи истинных прокатилось такое облегчение, что Альби рассмеялся, ну как может не понравиться такая красота? Он уселся на подоконник и обнял себя за колени. Было так светло на душе и так радостно, что хотелось танцевать, обнять весь мир, но вместо этого он тихо сидел на подоконнике и собирал каждое слово, как жемчужины на ладони. Так красиво! Вот еще одна песня закончилась, и тут омега заметил, что внизу что-то происходит, он с интересом выглянул вниз. А там Ран забрался на плечи кому-то из побратимов и они осторожно приближались к окну.
- Альби, любовь моя, только один поцелуй! - голова Рана была почти вровень с подоконником, - только один поцелуй для счастья!