Альби с Бэлем поднялись наверх, где был гостевой этаж. Их встретили слуги и сразу сообщили, что Ошая недавно вернулся и сейчас принимает душ, а потом будет обедать. Альби сразу сказал Заки, что подождет Ошая в его гостиной и чтобы ему с Бэлем принесли чай и «что-нибудь пожевать». Альби прошел внутрь и огляделся. Там, на удивление, стояла обычная для Федерации мебель – «высокие» диваны и стулья. Малая гостиная была оформлена как столовая с большим столом, укрытым кружевной скатертью, с красивой цветочной композицией посередине столешницы. Альби осторожно сел на стул и вдруг понял, что за последнее время отвык сидеть так высоко, да и ноги непроизвольно тянутся подвернуться под попу и не желают просто быть внизу.
Слуги принесли чай и маленькие пирожные, а Бэль сообщил, что это последний гостевой этаж и над ним располагается этаж с мастерскими самого Бэля.
- Я дал выходные дни всем работникам, пока Ошая не уедет, у нас хоть и хорошая звукоизоляция, но вдруг у Ошая, как у музыканта, чуткий слух? Не хотелось бы, чтобы ему было неприятно от визга пил, когда в доске попадается сучок. Я и сам первое время уши закрывал руками от неприятного звука, а потом привык…
- Я не хотел бы создавать вам неудобства…
В комнату вошел Ошая, шелестя шелком платья. Альби и Бэль сразу встали, как школьники при виде директора. Ошая улыбнулся и жестом предложил им снова сесть. Стоило омеге подойти ближе к столу, как слуги бросились отодвинуть ближайший стул, чтобы Ошая мог сесть, но Заки успел первым и с довольной улыбкой придвинул стул, чтобы дорогому гостю было удобно.
- Нет никаких неудобств, - взмахнул рукой Бэль, - в любом случае, сейчас в городе праздники: рождение дочки у эмирской четы, приезд Ошая в город, потом будет Большая охота и опять угощения и праздник для общины, а там и религиозные праздники начнутся. Пусть мои работники отдыхают с семьями, я им в любом случае заплачу за неделю, как будто они работали.
- Ты заплатишь? - удивился Ошая, - из карманных денег?
- Нет, - Бэль довольно улыбнулся, - я уже давно плачу своим работникам сам! Я делаю деревянные игрушки на продажу, а теперь еще продал пару патентов Торговой федерации на деревянные конструкторы и вскоре продам еще! Вот только подготовят пакет документов – и все! Я еще богаче стану!
Альби повел глазами, вспоминая графы в бухгалтерском талмуде – закупка оборудования, древесины, очень дорогой, поскольку завозная, а еще свет, амортизация расходных материалов, таких, как пилы, наждачка и прочие мелочи, зарплата работникам, а игрушки в основном для питомника и изредка для соседей, так что, какой там доход? Одни траты… Хотя, возможно, с патентов что-то и упадет в карман, но если бы Бэлю пришлось обеспечивать себя самому, то ему денег не хватило бы даже на это хлопковое платье с весьма дорогой вышивкой поверх шелковой ленты… но разве кто-нибудь будет расстраивать малыша? Хочется ему считать, что он сам себе добытчик, так родители рады будут доплачивать, лишь бы ребенок был счастлив и не куксился.
- Бэль у нас очень умный, - кивнул головой Альби, - он уже закончил третью ступень школы и получил аттестат! А еще делает совершенно восхитительные конструкторы из дерева. Они такие замечательные!
У Ошая от удивления округлились глаза, и Бэль, раздуваясь от гордости, пригласил гостя в свою мастерскую. Они поднялись на лифте на один этаж и Бэль стал показывать старшему омеге стеллажи, где «выстаивалась» древесина, со знанием дела объясняя нюансы при работе, а потом затянул в свой кабинет и стал показывать модели, стоящие на полках.
- Замечательно, - Теодор покивал головой, - ты настоящее диво – работающий омега на Сабахе…
- Почему вы так говорите? - у Бэля от неожиданности вытянулось лицо, - у нас в эмирате много омег, которые имеют свой бизнес и собственный доход, и их мужья-альфы ими очень гордятся.
- Я знаю, что твой папа, оми, - поправил себя Теодор, - работает. Занимается библиотечным делом и, как меценат, выпускает книги и сборники стихов. Я знаю Хани, который занимается садами Золотого треугольника, знаю Шерри, его проекты даже участвовали в конкурсах архитекторов…
- А еще есть Джанан, - вздернул подбородок ребенок, - он организовывает выставки мод, на которые слетается много федералов, Хатим – известный за пределами Сабаха медик, а еще Ясир, Дахи, Фатан, Кафа, Рамиз, и это те, кого я смог вспомнить из самых ярких омег нашего эмирата. Каждый из них добился успеха сам и стал известен благодаря своему таланту и трудолюбию. У нас много омег ярких, как звезды!
- Я не хотел тебя обидеть, - виновато улыбнулся Теодор, - но все они действительно исключение из общей массы бесправных омег. Согласись сам, что жизнь омег на Сабахе далека от идеала. Не стоит равнять жизнь омег в эмирате твоих родителей с жизнью в любом другом городе на этой планете. У омег на Сабахе нет свободы – ни свободы выбора, ни свободы воли, они живут без малейших шансов на счастье.