- Вы подходите к их жизни с угольником, а они живут по линейке, - Альби взял холодные руки омеги в свои горячие и энергично потер, - перестаньте пытаться впихнуть их общество в привычный вам канон и примите их образ жизни, как данность, и все сразу встанет по своим местам. Может, попросить слуг принести горячего чая? Или, может, хотите кофе?
- Нет, спасибо, - Теодор взял себя в руки и успокоился. – Давай все же дойдем до питомника, я хотел бы посмотреть на детей, которые выздоровели, своими глазами. Нам, конечно, прислали запись, как они ходят и бегают, но я хотел бы посмотреть на них сам и убедиться, что им здесь хорошо.
- Конечно.
Альби жестом пригласил гостя следовать к дверям и те сразу распахнулись. Заки бросился вперед, чтобы открыть следующие двери, пока омеги шествовали по пустой мастерской между выключенных деревообрабатывающих станков. Заки глазами спросил, ехать ли ему с ними в лифте, Альби отрицательно покачал головой. И только когда дверки лифта закрылись и омеги остались одни, Альби решился задать вопрос, который его действительно волновал.
- Скажите, а вы серьезно считаете, что детям будет лучше на седьмом, чем здесь? Вы действительно думаете, что омеге безопаснее на седьмом, чем на Сабахе? Здесь каждого из них гарантированно выдадут замуж, и муж будет прыгать вокруг него, пытаясь угодить. Ведь омежка попадет не куда-нибудь, а в питомник Ясмина или Хани, а впоследствии и в мой, и это как гарантия, что его не отдадут в гарем, в подарок другому эмиру, а обязательно пристроят у себя в эмирате. Знаете, как воины-альфы мечтают о полноценной семье? С супругом, который не угаснет от старости через тридцать или сорок лет и с которым можно будет прожить всю свою жизнь. Вы представляете, насколько различна жизнь там и здесь? Или вы не хотите оставлять омежек из-за того, что политика Федерации это запрещает?
- Ну, - Теодор задумался и прикусил губу, - для начала, мы их забрали с пятого уровня. Мы не допускаем приюты для инвалидов ниже пятого уровня.
- То есть, вы сознаетесь, что жизнь на седьмом еще хуже? - Альби прищурился, ему почему-то было ужасно обидно и за прошлую жизнь, и за то, что Ясмину не доверяют. - Вы были когда-нибудь в приюте на седьмом?
- Был однажды, - Теодор устало вздохнул, - честно сказать, я не Мадлен. Я никогда особо не вникал во все это. Я помогал с общей организацией сбора денег и прочих мероприятий. Делал денежные взносы в различные фонды, но у меня своя жизнь, свои дети и тревоги, свои планы на каждый день, и я, если и посещал приюты во время какого-нибудь мероприятия, то ниже третьего уровня не спускался. Я всегда считал, что все приюты одинаковые, но ты так осуждающе на меня смотришь, что я понимаю, что это не так…
Двери лифта давно открылись в холле, но омеги так и стояли внутри, а потом Альби вздохнул и жестом предложил Теодору выйти первым. Тот вначале пошел в сторону питомника, но потом задержался возле пустой детской площадки. Дети, скорее всего, или еще спали после обеда, или уже проснулись и полдничали, поэтому детские площадки и качели стояли пустыми.
Теодор, рассматривая яркие горки и разложенные на столах конструкторы, задумался, пытаясь вспомнить то посещение приюта на седьмом, но у него тогда было много своих бед. Он только стал самостоятельно передвигаться после травмы и потери ребенка. Доминик с трудом отпускал его из дома, да и передвигался он с помощью трости. После сложного перелома при всей мощи современной медицины ходить было и сложно, и больно. А еще, постоянные воспоминания о потере долгожданного омежки. Мадлен хотел отвлечь его и позвал с собой на инспекцию приютов нижних уровней. Он, конечно, был там и о чем-то разговаривал с Мадленом и его приятелями, но в голове ничего не осталось, и когда он вернулся домой, то все мысли были о приеме у физиотерапевта. Ходить с тростью очень раздражало…
- Я даже могу представить, что именно вы видели во время той инспекции на седьмом, - Альби стоял за спиной Теодора и ждал, когда они пойдут дальше, - мой приют был на окраине мегаполиса и до нас всякие благотворители не добирались. Время от времени нам на праздники присылали игрушки, а вот всякие там меценаты побывали только однажды. Рассказать, как это выглядело со стороны воспитанника приюта?
- Да, - Теодор развернулся и открыто посмотрел в глаза Альби, - я не ожидал, что на Сабахе мне будут тыкать в нос приютами мегаполисов, но ты прав, прежде чем осуждать чужие порядки, надо разобраться со своим грязным бельем. Давай присядем, и ты мне все расскажешь. Я думаю, что судьба не просто так свела нас вместе именно сейчас. Странно, что мы не поговорили об этом раньше. Но все в этой жизни случается именно тогда, когда необходимо.