- Да глупости, - отмахнулся Ран, - вначале говорили, что ты устроил скандал Ошая, потом говорили, что ты подрался с наложником, и якобы Ошая вас разнимал. Ну, глупость же! Да случись кому напасть на тебя, так я уверен, Заки бы вырубил того ненормального еще на подлете! - Заки, услышав такую характеристику, с благодарностью усмехнулся и кивнул головой, явно соглашаясь. А Ран продолжил, - а когда следующий «друг» пришел со словами сочувствия, что я, мол, выбрал супруга не местного, а федерала и поэтому мне, по его словам, «не повезло». Я даже обалдел от такого заявления, и пока думал, как бы ему подоходчивее ответить, подошел дед Айюб и поинтересовался, с чего тот придурок взял, что такой выбор неудачный? У него любимый супруг тоже из федерации, и он каждый день благодарит Аллаха за такой дар. Его возлюбленный Хани принес в семью двух альф и вскоре родит уже третьего омежку. Да и сам он красоты неземной и характером, как у ангела.
- А ты, значит, промолчал? - ехидно поднял брови Альби.
- А мне дед Айюб не дал меч вытащить из ножен, чтобы я не кинул вызов на празднике родителей, - вздохнул Тигренок, - так и стоял, держа свою руку поверх моей, которая уже лежала на рукояти, и словами размазывал негодяя. Если бы тот не извинился, то вызов он получил бы уже от Айюба, а с таким опытным альфой мало кто будет связываться. Все же, место в Малом Совете Меджлис дают не за красивые глаза.
Заки уже нарядил Альби в шелковое платье и расчесывал ему волосы. Ран лег на кровать поперек и подпер голову, чтобы лучше видеть такую красоту.
- А со следующим доброжелателем сцепился Маджид, - хмыкнул Ран, - когда он услышал, что кто-то посмел усомниться в благоразумии «ЕГО ЛИСЕНКА», - выделил голосом муж, - то он схватил глупца за шиворот халата и тряс, как крысу! Тот придурок едва сапоги не потерял, когда удирал!
- А ты опять молчал? - усмехнулся Альби.
- Я даже слова не успевал вставить в его монолог! - возмутился муж, - он там целый спич произнес, какой у него лисенок замечательный! Какой умный и добрый, а какое у него золотое сердце! Он, может, молод и неопытен, но все в эмирате на такого восхитительного лисенка разве только не молятся! Послал же Аллах такой подарок старому отцу! Под конец уже многие эмиры стали подозревать, что у Маджида все же, как-то, оказывается, был родной лисенок, которого он почему-то прятал от всех! А меня стали подозревать в том, что я коварно умыкнул у всех из-под носа лисенка Маджида!
Альби рассмеялся, как серебряный колокольчик, а Ран задохнулся от счастья. Нет, все же, он счастливейший на всем свете.
- И что было дальше? - Альби наконец перестал смеяться.
- А больше никто не осмелился подойти ко мне, - пожал плечами Ран, - капали ядом в зоне слышимости, но при этом доброжелательно улыбались и не произносили ничьих имен, чтобы точно не нарваться на пару сантиметров стали в бок! Но, может, ты мне сам расскажешь, что там произошло? Не хотелось бы спрашивать у посторонних, когда ты можешь рассказать…
Альби вздохнул и рассказал о глупом Хануне, который решил выяснять отношения в неподобающем месте и не вовремя. Но это все глупости и не стоит на это обращать внимания, потому что толком и не было ничего. Да, наложник поднял голос в общем зале, но это было в углу большого помещения, и никто толком ничего не слышал и не видел, но зато сплетня побежала, как разряд молнии, от одного языка до другого!
- Как будешь наказывать? - задумчиво поинтересовался альфа.
- В аквапарк опять не возьму, - пожал плечами омега, - Ради, я не хочу надевать украшения! Там все равно все будут переодеваться! Ну, какая диадема? А перстни? Я же их утоплю в соленой воде! - Альби увидел как Ран сел и свел брови к переносице, и решил развить мысль, - Ран, не сердись! Ну какое наказание? Мы скоро его замуж выдадим, ты хочешь, чтобы он потом жаловался мужу, что его в твоем гареме избивали? Ты хочешь бить чужого омегу?
- Не хочу, - вздохнул Ран, - ни видеть, ни слышать, но нельзя все так просто спустить с рук. Он так решит, что может рот на тебя открывать! - Ран встал с кровати и грозно сверкнул глазами, - пока он в моем доме…
- Ран! - Альби подбежал и накрыл рот альфы ладошкой, - не сердись! Я тебя прошу. Это и моя вина, что он здесь оказался. Надо было выбирать лучше, но я тогда мог думать только о том, что я сам должен взять омег, которых ты… - Альби виновато отвел глаза, - с которыми ты… - Альби спрятался в объятиях мужа, - врагу не пожелаешь пережить такое, что я пережил той ночью…