- Я живу на религиозной планете, - отмахнулся Альби, - невольно проникнешься уважением к вере. И, кстати, многобожие на Сабахе приравнивается к атеизму, а атеизм – это прямое оскорбление чувств верующих. Атеисты хуже воров и убийц. Поэтому пусть ваши люди, когда приедут на планету, хотя бы притворяются верующими, а то их могут и камнями побить. Наши гости не выходят за пределы внутреннего дворца, да и то там за ними альфы присматривают в четыре глаза, чтобы ничего не случилось.
- Я в курсе, - махнул рукой Энди, - делал недавно подборку передач о вере на различных планетах, там был материал и о Сабахе. Представитель Океании-3 жаловался, что они не могут ступить на поверхность Сабаха, ибо мирное население сразу становится немирным и камнями бросается.
- Ну, они же язычники, поклоняются Посейдону, - пожал плечами омега в шелковом платье, - в глазах закона они – люди без прав, вроде животных, но он не говорил всей правды до конца. Они и сами на Сабах не горят желанием спускаться. Во-первых, у нас бОльшая джи, чем в акваколониях, во-вторых, очень жарко и сухо для их кожи и легких. Они, когда спускались на планету, то вначале сгибались под непривычно большой силой тяжести, а потом сразу начинали кашлять от сухости воздуха, сипеть и потеть, а через какое-то время у них резко падало давление от обезвоживания и им становилось плохо. Знаешь, как это выглядит со стороны? Как будто грешник не может выдержать в освященном месте и его крючит от боли настолько, что он становится бледным и теряет сознание. И как к этому могут отнестись полуграмотные ремесленники? Только кинуть чем-нибудь, чтобы отогнать подальше от дома беду.
- А твои дети мусульмане или христиане? - Энди даже подался вперед от любопытства.
- Мусульмане, - отмахнулся Альби, - им жить с этими людьми по их законам. То, что могут простить супругу эмира, недопустимо для наследника или, в дальнейшем, эмира. Эмир обязан быть одной веры с общиной.
- Но ты мог, например, вырастить омежку как христианина, - Энди положил ногу на ногу и профессионально улыбнулся.
- И зачем мне создавать родному ребенку сложности в жизни на ровном месте? - ухмыльнулся Альби. - А ну-ка, выключай журналиста. Если хочешь эксклюзивное интервью на тему веры и религии от единственного христианина на Сабахе, то договаривайся с юристами посольства. Обычно всех попавших к нам детей плавно подводят к мысли, что только такая жизнь правильная, и все проходит легко. А если омеги федерации в достаточно взрослом возрасте попадают на планету и становятся супругами воинов, то они в любом случае принимают ислам. На нем держатся все законы и правила, и тот же брак, и жизнь после него идет по законам шариата. И это не обсуждается! Все замужние закрывают лица на улице. Дома за закрытыми дверьми хоть голышом ходи, но на улице все должно быть пристойно, а иначе мужа накажут, и достаточно сурово.
- Интересная тема, - Энди-журналист побарабанил пальцами по колену и, наконец выдохнув, расслабился, - мы с мужем после подписания брачного договора расписались гражданским браком в мэрии, а уж на молитвы и всякие там посещения храмов или костелов у нас в любом случае времени нет. Это такая дикость и средневековье, все эти разговоры о вере, как рассказы о сектах – простые страшилки о промывании мозгов в особо крупном масштабе.
- Хорошо, что мои слуги тебя не слышат, - Альби передернул плечами, - они, в лучшем случае, могли плюнуть тебе в лицо за такую хулу – сравнить истинную веру с сектой мракобесов!
- А этот? - Энди с опаской посмотрел на Заки.
- Этот? - Альби улыбнулся и, щелкнув пальцами, показал место у ноги. Заки сразу скользнул туда и сел на пол, прижавшись боком к ноге омеги, - это мой пес. Он без команды не гавкнет, но стоит мне приказать, и он без сомнений убьет любого.
- А уже убивал? - глаза Энди зажглись азартом.
- Энди, ты не мой исповедник, чтобы я тебе душу выворачивал. Лучше расскажи, как ты мог участвовать на съемках фильма на большом сроке. У тебя ведь премьера фильма с твоим участием была накануне родов. Фотомонтаж? Или дублер?
- Суррогатный папочка, - рассмеялся Энди, - откуда у меня время ходить беременным? Вон свёкры уже опять ищут суррогатного папочку для второго ребенка, по брачному контракту у нас обязательно должен быть альфа, чтобы стать наследником семейного дела. Свёкор уже слюни пускает, мечтает опять растить наследника сам, но только его ждет суровый облом. Я уже договорился с Мадленом, что альфу отправим в пансион, как остальных наследников. Там из них делают настоящих альф, а не оранжерейные цветы вроде Тьерри. Я и Мими отдам в пансион лет в восемь. С моим ритмом жизни у меня нет времени на сюси-пуси. Буду дистанционным родителем. Зато не пропущу самые главные вехи в становлении характера – концерты детской самодеятельности или спортивные соревнования. И каникулы будем проводить вместе.