— Их же со стволами взяли, — усмехнулся Павел.
Честно говоря, он не был удивлен. Известно же, как работают менты. Все у них, типа, по закону, поэтому на улицах сплошь беззаконие.
Но у него был на этот случай свой план. Бандитов будут выпускать, а его люди — принимать их. Брать, вязать, складировать и перевоспитывать. Кому-то будет больно…
— Кто взял? Задержание незаконное.
— А киллеры, которые шли меня убивать? А гранатометчики, которые разнесли наш офис? Они же все признались.
— Кому признались? Вам? Следователям они не признаются.
— Ну, все правильно, гуляй, рванина, — пренебрежительно усмехнулся Павел. — Бандиты у нас — самые законопослушные граждане. Поэтому и житья от них нет.
— Вы не волнуйтесь, Павел Семенович, — сказал Вольнев. — Киллеров отпускать не будем. Их обязательно дожмем. А остальных выпустим, но будем держать под присмотром. Надо же как-то на Маркела выходить.
— По-любому выйдем.
— Уверен, что нам нужно работать вместе.
— Было бы неплохо, — пожал плечами Павел.
— А почему так невесело? Предубеждения, связанные с прошлым?..
— Главное, чтобы в настоящем не было проблем.
— Это зависит от вас, — строго посмотрел на него полковник. — Ситуация шаткая. Вроде бы ваша деятельность законная, но кто помешает вам превратиться в банду вымогателей?.. Мы помешаем, вы, Павел Семенович, можете в этом не сомневаться!
Павел усмехнулся. Знал он, как менты помешали Маркелу подмять под себя город. Как мешали ему пить кровь из бизнесменов. Но Вольнев прав. Быть бандитом или нет — решать ему. Все предпосылки у него для этого есть, один только шаг за грань, и все. Только не было у него желания становиться ни вором, ни бандитом. Он — мужик, им и останется.
В кармане зазвонил телефон.
— Есть! — звонким выстрелом прозвучал голос Пантелея. — Нашли Маркела. В Хохловском он, улица Буденного, тридцать семь. Там он со своими недобитками. Я собираю людей.
— Собирай. И жди сигнала.
Павел выразительно посмотрел на Вольнева.
— Маркел? — спросил тот.
— Нашли дом, где он прячется. Что делать?
— Ну, если хочешь, чтобы его взяли по закону…
Павел вздохнул. Хотел бы он видеть Маркела в гробу, но переступать закон ради такого удовольствия не стоило. Тем более что менты на стреме. К тому же он должен был поговорить с Маркелом, узнать, что хотел он сказать про Оксану. Но ведь Вольнев позволит с ним пообщаться…
— Хочу… Только что вы ему предъявите?
— Покушение на вашу жизнь, Павел Семенович. Поверьте, было бы желание, а статья найдется.
— Желание — сильная вещь, — усмехнулся Павел.
Только вот есть оно у ментов или нет — большой вопрос. У него желание было, поэтому он и смог дать отпор Маркелу. И если надо будет, сам отправится к нему в СИЗО, чтобы придушить собственными руками.
Но, как оказалось, ему не пришлось жалеть об упущенной инициативе. Операция прошла блестяще. Спецназ окружил дом в Хохловке, блокировав пути отхода, четко и быстро провел захват, но Маркела взять не удалось. Ушел гад. И, как оказалось, сделал это давно. Подставил своих пацанов под удар, а сам сделал ноги. Пока его искали в окрестностях города, он спокойно выехал в Киев и оттуда вместе с женой вылетел в Германию. Не собирался он больше воевать за город, потому и перебрался на соломку, которую заранее подстелил себе на случай падения.
Павел и не знал, как реагировать на произошедшее. С одной стороны, баба с возу, а с другой — он так и не свел счеты с Маркелом. Но может, судьба их еще сведет вместе?
Дымчатые облака выстроились в причудливую конструкцию — они казались изогнутыми балками, на которых держалась крыша из огромной темной тучи. На город надвигалась дождевая туча.
Когда-то над Засечьем висела черная бандитская туча. Павел хорошо помнил, как Маркел истреблял своих врагов, как взрывал его собственный офис. Давно это было. И как будто неправда…
— Можно?
Только Пантелею и Веронике дозволялось заходить к нему в кабинет без доклада. Даже прямые замы должны были спрашивать у него разрешения через секретаршу. И Люба не могла прорваться к нему без предупреждения. А Веронику секретарша пропускала без вопросов. Это ее голос послышался за спиной. Это она приближалась к нему. Ей уже под тридцать, но выглядела она потрясающе, хоть сейчас на конкурс красоты выставляй. А она и заведовала отделом конкурсных процедур, занималась тендерами, выбивала подряды на строительство. Ей приходилось напрямую работать с потенциальными клиентами, предлагая им строительные услуги. Она умела очаровывать мужчин и словом, и своей красотой, помноженной на утонченную ухоженность.
— И можно, и нужно…
Павел взял ее за руку, посадил в кресло за журнальный столик. Кабинет у него большой, с прекрасным видом из высокого витринного окна. Город отсюда как на ладони.
— Есть две новости, одна хорошая, другая еще лучше! — сияя, сообщила Вероника.
