Раневская полностью

«Работа с актером делается сейчас основным содержанием режиссерской деятельности. Качество режиссера сегодняшнего, а в особенности завтрашнего дня определяется в первую голову умением работать с актером, одаренностью именно в этой области. Между тем как раз работа с актером является у нас наиболее отсталым участком режиссерской культуры… И здесь нам предстоит в ближайшие годы большой бой…» – писал он.

Сегодня это кажется бесспорным, но сам Михаил Ильич думал по-другому. К необходимости работать с актером он относился как к учебному эксперименту, и только! И специально оговорил «правила игры»:

«То, что изложено выше,– это мои рабочие, школьные позиции, определяющие очень грубо взятое мною направление в учебе на ближайшем этапе. Не больше».

К счастью для Раневской, эксперимент начался в подготовительный период «Мечты». Всех актеров, занятых в фильме, Ромм пригласил к себе домой, и здесь, задолго до начала съемок, состоялась первая репетиция.

– Мы расположились вокруг большого обеденного стола, – вспоминала Ф. Г., – и Михаил Ильич приступил к читке. За первой репетицией последовала вторая, третья… И так в течение трех месяцев на его квартире отрепетировали весь фильм – шаг за шагом, от первого до последнего эпизода…

Такой «театральный» метод работы был тогда, да и остается сегодня, нетрадиционным для кинематографа. В кино режиссер обычно репетирует с актерами ту сцену, которую собирается сейчас же снимать, и репетирует непосредственно на съемочной площадке. О логической последовательности эпизодов тут нет и речи. «Сегодня утопился, а завтра влюбился» – для киносъемок не анекдот, а повседневная практика.

Ромм сломал не только традиционный метод репетиций, но и общепринятый метод съемки: фильм он снял так же, как и отрепетировал, – последовательно, от начала и до конца.

Известный киновед Айвор Монтегю в своей краткой энциклопедии кино «Мир фильма» решительно заявил:

«Фильмы никогда не снимаются в порядке следования событий. Только изредка по требованию кинозвезды или в тех случаях, когда режиссер полагает, что можно добиться лучшей игры от неопытных актеров, съемки проводятся приблизительно в той же последовательности, в какой развивается сюжет».

Еще одно подтверждение вреда поспешных утверждений. Ни под один названный им случай «Мечта» не подходит.

Все в этом фильме Михаил Ильич подчинил актерам. Помимо Раневской, основные роли исполняли М. Астангов, Р. Плятт, М. Болдуман, А. Войцик, Е. Кузьмина. Озабоченный ликвидацией «наиболее отсталого участка режиссерской культуры», Ромм стремился создать максимум удобств для актерского творчества.

– Может быть, поэтому мне, театральной актрисе, было так легко работать с Михаилом Ильичом? – говорит Ф. Г. – Это один из немногих режиссеров, встречу с которым я могу назвать необыкновенной удачей. Не часто мне так везло. Во времена «Пышки» мы оба были учениками, в «Мечте» он стал учителем. Он научился распознавать характер не только персонажа, но и того, кто его исполнял. По-моему, к каждому актеру Михаил Ильич нашел свой подход. Он никогда ничего категорически не требовал – это вам не Пырьев! Обычно Ромм предлагал:

– А что, если нам попробовать это сделать по-другому.

Не помню случая, чтобы актер отказался от его предложения. Очевидно, так случалось потому, что Ромм никогда не давал нелепых, непродуманных советов. Он мне многое подсказал в Розе Скороход. В одной из начальных сцен, рассердившись на прислугу, я зло, с криком уличала ее в недобросовестности.

– Попробуйте по-другому, – попросил меня Михаил Ильич. – Розе Скороход не надо так открыто демонстрировать свой гнев служанке – «дряни», «подлой девке». Попробуйте уличить ее с улыбкой.

Я попробовала – получилось не только зло, но и страшно!