Поясним свою мысль конкретным примером. Один из царских указов ранней V династии, адресованный в Тинитский ном тамошнему главе
Впрочем, здесь для нас гораздо интереснее другое. В ракурсе отношений дарообмена чрезвычайно продуктивным представляется соотнесение смысла указа Нефериркара с наметившейся при V династии тенденцией перемещения номарших усыпальниц со столичных некрополей на территорию номов. По сути, в царском указе выражается опасение, что номовые власти не только перестанут должным образом обеспечивать отправление культа фараонов на местах, но даже начнут чинить в том препятствия государству, лишая храмы соответствующего материального снабжения. С чем могло быть связано столь унизительное для царского достоинства поведение отдельных областных владык прямо противоречащее верноподданническому долгу? Не с тем ли как раз что тогда же по какой-то причине (об этом ниже) в коллизиях с Большим Домом пострадал и общественный статус самих номархов? Едва ли случайно, что цари встревожились за судьбу своих культовых служб на номовых землях именно тогда, когда номархи Стали покидать "престижные" столичные "города мертвых" и перебираться в некрополи собственных вотчин. В этом явлении мы бы усмотрели симптом принципиального пересмотра обязательств по оказанию взаимных ритуальных услуг, циркулировавших на самом высоком иерархическом уровне, между царями и номархами (потомками независимых вождей) Египта — иными словами, ярчайшее свидетельство нарушения традиционной системы дарообмена, которая, по нашей гипотезе, носила наиболее сбалансированный характер при IV династии, в чем и крылась причина величия последней.
Весьма вероятно, что ритуальным аспектом конфликт областной и центральной властей Египта, как будто бы устанавливаемый источниками второй половины Старого царства, не исчерпывался. На эту мысль наталкивает скупое известие о доставке к пирамиде основателя V царского дома Усеркафа 70-ти иноземцев [
В предыдущей главе мы выдвинули гипотезу, согласно которой одним из условий массового подчинения жителей Дельты тинитскому династическому клану было возведение "в обмен" на это сокола-Хора — верховного нижнеегипетского "тотема" — в ранг высшего государственного бога с присвоением его имени всем правителям новообразованного царства. Исходя из такой посылки, при любых попытках фараонов в дальнейшем отказать в первенстве Хору и заместить его другим божеством было бы логично ожидать неповиновения значительной части населения Египта (в первую очередь потомков "хорова" племени) Большому Дому и даже как экстремальный вариант развития событий — национального раскола по религиозно-идеологическому признаку. Что касается культовой реформы, то в эпоху Старого царства она, как известно, действительно состоялась — в начале V династии, когда на роль главного бога Египта выдвинулся гелиопольский Ра, возвышение которого, впрочем, отчетливо прослеживается уже при IV доме. Последнее обстоятельство для нас весьма существенно, ибо оно позволяет развить мысль о том, что социально-политические конфликты на религиозной почве сотрясали Старое царство на всем его протяжении. Приглядимся к пирамидам IV династии [см., н-р:
