Римский сенатор Валерий Аквила отправляет своего сына Марка с письмом от императора к командиру Шестого легиона, дислоцирующегося в Британии. Но когда юноша прибывает на место, его тут же… арестовывают. Оказывается, пока Аквила-младший добирался из столицы до далекой западной колонии, его отец уже был казнен по обвинению в государственной измене. Теперь та же участь ожидает и Марка. Однако с помощью старых друзей отца, который некогда служил в этом же легионе, ему удается бежать и скрыться от преследователей. Для юноши начинается борьба за выживание. Под чужим именем он вступает в когорту тунгрийцев, где обретает новую жизнь и надежных боевых друзей…
Хелен, за неизменное терпение и поддержку.
И, прежде всего, за Силлота.
В первую очередь автор должен выразить признательность семье — Хелен, Джону, Кейти и Нику. Я подозреваю, что в тот «летний» день 1996 года, когда им предложили посетить римский форт Хаузстидс, на месте которого в «Ранах чести» возведен форт Холм, их лица вытянулись бы намного сильнее, если бы они в полной мере осознали, к чему это приведет. Я стал погружаться в рукопись и, следовательно, «исчезать» из семьи в течение следующих двенадцати лет.
К написанию меня привели, в хронологическом порядке: моя мать, привившая привычку читать и писать; мой отец, подпитывавший эту привычку своим собранием трудов по военной истории и вдумчивыми обсуждениями каждой новой поглощенной мной темы; Майкл Эллиот-Бейтмен, научивший читать самое интересное между строк истории. Наконец, когда привычка писать уже укрепилась, следует особо выделить романы Стивена Прессфилда и, конечно, Патрика О’Брайена, которые задали уровень качества моих трудов, необходимый для публикации. Особенно важен мистер Прессфилд, поскольку его темы очень близки к выбранному мной периоду времени и выписаны с таким искусством, что неоднократно заставляли меня уставиться в пространство с мыслью, а стоит ли вообще продолжать свою полуоформившуюся рукопись. Я считаю, что «Врата огня» оказали влияние на мой стиль больше, чем любая другая книга.
При написании этого романа я использовал множество источников, однако особое влияние на меня оказал замечательный сайт Кевана Уайта www.romanbritain.org. Во-первых, Кеван показал: сухие латинские названия фортов на Адриановом валу — как и множество других названий — скрывают от нашего понимания то, что делает римлян подобными любому другому человеческому обществу. Во-вторых, как только Броколития (Кэрроубург) стала в моей голове «Барсучьими норами» (буквальный перевод с латыни), я начал совсем иначе воспринимать хозяев Адрианова вала. Вебсайт Кевана — отличный источник разнообразной информации. Читатель, из любопытства решивший углубиться в тему, которой я лишь слегка коснулся, не найдет ничего лучшего об этом периоде британской истории.
Я был далек от академической науки почти двадцать пять лет, что сильно ограничило мои контакты с представителями научных кругов, но мне необходимо отдельно поблагодарить доктора Саймона Джеймса из Университета Лестера за помощь в понимании преобладающей системы землепользования поблизости от Адрианова вала в конце второго столетия.
Наконец я благодарю тех, кто участвовал в превращении отдельных заметок в рукопись. Джерри Тейт, автор «Каппавайт», заслуживает особой благодарности за судьбоносные слова «моя книга хорошо идет», произнесенные одной холодной и ветреной ночью в службе безопасности Белфаста, и за бескорыстное поощрение своего товарища-автора. Купите его книгу! Дэниел Келли и Джон Мэхон поддерживали меня, когда я только начинал показывать то, что вынашивал так долго. Их честная и конструктивная критика укрепила мое желание попытаться опубликовать книгу.
И в центре всего находились Робин Уэйд из литературного агентства «Уэйд и Догерти», который согласился представлять рукопись от моего имени, и Кэролайн Кофи из «Ходдер и Стоутон», которая предложила ее читателям. Я чрезвычайно благодарен им обоим. Согласие на представление, а затем — и на публикацию стало для меня моментом откровения.
Без всех этих людей, источников, критики и издателей не было бы ни «Ран чести», ни следующих историй из серии «Империя», в которых Марк Валерий Аквила сражается за свою жизнь и честь в Империи Коммода. Я сердечно благодарен всем, кто взращивал идею публикации или способствовал появлению этой книги.
Свежий осенний ветерок шевелил палую листву; иногда его резкий порыв подхватывал горсть листьев и кружил их в танце, а потом медленно опускал обратно. Маленькая группа охотников неторопливо вышла из лесного сумрака, держа наготове копья. Мужчины осторожно ступали по ковру из листьев, каждое движение было плавным и точным. Они бессознательно координировали перемещения, давно приноровившись к товарищам. Кальг, вождь племени сельговов и бесспорный правитель свободных северных племен, в сопровождении пятерых телохранителей охотился на диких кабанов. Обычный отдых Кальга, когда вождь не странствовал к северу от римской стены, занимаясь подготовкой к предстоящей войне.
Хотя его власть над землями к северу от стены, расколовшей Британию на две части, была абсолютной, по праву крови и превосходству над прочими вождями, присутствие телохранителей все равно необходимо. Империя лишь в пятидесяти милях к югу, так что разумно готовиться к худшему, даже отправляясь на обычную однодневную охоту.
— Мой господин, похоже, свиньи учуяли наш запах или их спугнуло что-то еще.
