Проснувшись только на следующий день, под вечер, Самэль увидел, что все три семьи находятся вместе в их доме. Поднявшись и ответив на общий вопрос о самочувствии, мальчик заявил, что сильно хочет есть. Мать улыбнулась:
– Готовьте стол! С Самэлем всё в порядке, видимо, испугался сильно, а так он полностью здоров.
Матушка Самэля работала травницей на улице мастеров. Умывшись, мальчик вышел на улицу, где ужин был почти готов. Самэль уселся на самодельный трон из пеньков, деревяшек и красивых речных камней. Матушка стелила туда набитую шерстью овец и пухом подушку, после чего этот «трон» казался почти королевским в глазах ребёнка. Друзья хотели обо всём спросить Самэля, но при родных не решились узнать, что же произошло день назад.
Поблагодарив мать, мальчик стал с жадностью поедать куриное мясо, купленное Балом, он знал, что после таких пробежек и сна Самэлю захочется поесть. Поев, он предложил отцу рассказать, что же было дальше в его походе к другу.
История про жуков
– До того, как я распрощался с торговцами, они помогли мне зацепиться за другую группу рарас, которая уже шла в Анил, ибо не хотелось мне попасть на недружелюбных тварей или бандитов одному. Здравые мужи шли на немальских скакунах, эта порода спасена в отличие от народа и Немала. Немал – город, в который жизнь уже не придёт, потому что люди боятся, что ходы гоблинов никуда не делись, и «крысы» вернутся, если кто-то снова обживёт его. Сейчас никто не знает, что там, за стенами некогда столицы страны Маавих. Ну вот, я прибился к другим людям. Их лошади в основном были тёмно-синего цвета, или просто чёрные, без брони, лишь седло да вожжи. Тела мускулистые, с длинными и сильными ногами. Казалось, что они смогут убежать даже от песочного ящера, который плывёт по пустыням, как рыба в море. Мужей было тринадцать, а броня у них вроде туники, но защищённой в нужных местах. Свободная одежда с пластинами, соединённые цепями, сначала с наплечниками, а потом и с головными уборами. Головы укрыты под лоскутами ткани, а сверху соединённый с бронёй каркас из нескольких полос незнакомого мне металла, похожий на корону. Лица скрыты масками. Эти воины оказались не столь разговорчивы, как торговцы и почти всегда молчали либо странно щёлкали, но я был рад, что они согласились взять меня хвостом. Кожа их была довольно темна, серая с сиреневым оттенком, и пахло от них странно. Как в поле после саранчи, но не сильно резко. Пройдя шесть часов пути, мы подошли к плато, на котором росли лишь редкие деревья да кусты красных ягод. Я, ходивший раньше другим путём, здесь не бывал, и когда мы остановились на привал, решил посмотреть на ягоды, хотя пробовать их не собирался. Знания по ягодам я получил от своей жены, и я решил собрать для неё немного. Подойдя ближе и присев, уже протягивая руку, я услышал довольно громкий щелчок. Один воин в шлеме, закрывавшем почти всю голову, кроме глаз, прошипел:
– Не трогай!
И я, отпрянув от растения с яркими плодами, решил спросить, возвращаясь к своей лошади, что это. Нехотя, воин начал говорить, шипя и треская, как хороший костерок.
– Собирая их в руку или в мешок, ты берёшь с собой и паразитов, что очень быстро попадают в поры твоей кожи и также быстро питаются тобой, что уже через несколько часов пробивают тоннель к сосудам. Скорость их роста зависит от тока крови. Всё это время они выпускают ещё больше таких же паразитов, а на этих ягодах их бесчисленное количество! В итоге через два дня животное или человека уже не узнать, а на третий из всех раздутых щелей лезут огромные насекомые, которые называются дариу. Если их не убить сразу, то лучше бежать подальше! Конечно, это не относится к самой жертве! Она лишь медленно умрёт! – рассказал воин.
Такого количества слов я от них ещё не слышал и точно понял, что лучше ничего здесь не трогать.
А, вообще, мне показалось, что он знаток по растениям или жукам. Я поблагодарил его, после чего мы перекусили, погрелись у костра, но почему-то воины держались метрах в пяти от огня, не так близко, как я. Собравшись, мы уже думали отправляться в путь, как услышали, будто некие пластины очень сильно трутся между собой. Раздалось противное клацанье совсем неподалёку. Мы сидели в низине и, оставив коней, подползли к краю пропасти, увидев невообразимо опасное существо.
