— Это наркотик, довольно популярный среди Объектов. Синтетический стимулятор способностей. Съешь одну такую таблетку, и на ближайшие минут двадцать твоя сила многократно возрастёт, но у всего есть цена. У Объектов от этих колёс мозги спекаются, почти всегда дело заканчивается летальным исходом. Если сильно повезёт, всю оставшуюся жизнь будешь пускать слюни овощем. Я поэтому их никому не даю и держу при себе лишь на крайний случай, когда надежды на выживание не будет, — Николас ещё даже закончить не успел, а взгляд Первого Объекта уже был прикован к горстке таблеток. Непохоже, чтобы часть, касающаяся побочных эффектов, хоть сколько-нибудь его волновала. — Если для тебя так важно спасти сестру самолично, можешь прибегнуть к этому, последнему средству. Но я тебя умоляю, подумай как следует. Нет никаких гарантий, что это тебя не убьёт.
— Вот сейчас и проверим, — невозмутимо ответил Асура и потянулся за таблетками, но Ник вовремя одёрнул руку.
— Ты рехнулся?! Какой смысл принимать таблетку сейчас?!
— Проведём небольшое бета-тестирование. Хочу узнать, насколько сильнее я стану под действием этой дряни, — S-01 снова сделал рывок, ухватившись за мешочек, но и Тёрнер его так просто отдавать не собирался. Между двумя Объектами началась нешуточная борьба из-за горстки таблеток. — А ну, отдай!
— Это безумие! Что, если твой исцеляющий фактор не поможет, и ты не переживёшь действие наркотика?! Твоя смерть будет совершенно напрасной!
— Плевать! Я лучше подохну, захлёбываясь собственной силой, чем буду влачить такое жалкое существование!!! — эти слова настолько взбесили Ника, настолько сильно его задели, что он не выдержал и ударил Асуру наотмашь по лицу, сбив его с ног. В то же время тонкая ткань мешочка не выдержала и порвалась, на пол посыпались десятки кругленьких таблеток.
Николас и Асура секунд десять не двигались с места и не произносили ни слова. Один сидел на полу, потупив взгляд, а другой нависал над ним и смотрел с укором.
— Да что с тобой не так? Тебе жить надоело? Ты ведь только-только вернулся, ну, с хуя ли тебя так на тот свет потянуло? — спросил невидимка, уже не столько обвиняя, сколько пытаясь понять.
— Ты не понимаешь, каково это… — пробормотал альбинос, не глядя ему в глаза. — Чувствовать себя беспомощным, неспособным помочь тем, кого ты любишь. Не знаешь, каково подводить их.
— Это я-то не понимаю? — Николас вдруг расхохотался. — Я?! Да мне только это чувство и знакомо! Но ты, ты ведь только успел познать его, ещё даже толком не распробовал! И уже готов поставить на себе крест? В таком случае, ты дурак, причём полный. Определись уже, чего ты хочешь. У тебя ведь есть все причины, чтобы жить: твоя раса, друзья, сестра. А сила — это не причина жить. Это средство.
— Я знаю, — седоволосый ухмыльнулся полубезумно, страшно сверкая глазами. — И откуда во мне взялась эта бесхребетность? Такое чувство, что я стал человеком — не побоюсь этого слова — и от одной этой мысли у меня мороз по коже. Вроде и понимаю, что сдаваться нельзя, но как же, всё-таки, хочется сделать это… Ха-ха! Разве это не забавно? Ты только взгляни на меня: мистер неопределённость, ходячий оксиморон. Король в лохмотьях, всемогущий неудачник, грустный шут. Ну, почему всё так сложилось?
— Всё ещё наладиться, Ас, — не найдя никакого другого ответа изрёк лидер «Новой ветви», протягивая Первому Объекту руку и помогая ему подняться. — Ты, главное, не теряй надежду и не делай глупостей.
— Постараюсь… А пока я просто продолжу тренироваться. Ведь что мне ещё остаётся? Даёшь мне своё разрешение? — Тёрнер кивнул, особо не задумываясь. Пускай остальные Объекты думают, что хотят. Вздумают дурить, и Калеб с каждым из них воспитательную беседу проведёт.
Новинки и продолжение на сайте библиотеки https://www.litmir.me
Очень немногие знали о том, что Калеб бывает нежным. В числе этих немногих лишь самые близкие его друзья и Милли. По ночам, когда все Объекты расходились по комнатам, и эта пара оставалась наедине, синекожий проявлял другую сторону своей грубоватой натуры. Сегодняшняя ночь исключением не была.
Дева-кошка сидела у Калеба на коленях, прижавшись к его груди. Её руки и хвост обвили мускулистую спину гиганта, и когда тот делал очередной резкий толчок, коготки девушки оставляли неглубокие ссадины, которые моментально заживали. Калеб же нежно поглаживал бархатистую кожу Милли, а в порывах страсти буквально впивался пальцами в мягкие округлости её тела и легонько прикусывал кошачьи ушки, отчего S-202 сладко-сладко всхлипывала. Именно в такие моменты, когда Объекты делились друг с другом теплом и лаской, можно было позволить себе на время забыть обо всех невзгодах. Уже потом, когда пьянящее возбуждение проходило, приходилось возвращаться к депрессивным реалиям.
Когда Калеб достиг своего предела, он стиснул Милли так сильно, что у неё перехватило дыхание. Исполин рухнул на скрипучую кровать, утащив деву-кошку за собой, прижимая её к себе, как какого-то плюшевого медведя.
