— Хочу с вами поговорить кое о чём, — Лили села между Кэндис и Мэри. — Знаю, оптимистичный настрой — это хорошо, и важно верить в победу. Но я предпочитаю оставаться реалисткой, а потому обязана предупредить вас, да и многих других, кто способен принять суровую реальность, о возможной развязке. О том, что случится, если мы проиграем.
Блондинка сделала небольшую паузу, ненамеренно нагнетая атмосферу и подогревая любопытство девушек. Те прямо-таки навострили слух, внимая ей.
— Мы внимательно тебя слушаем, — сказала за всех Мэри.
— Что ж… До нас ведь доходили слухи о бесчинствах людей Часовщика. Если они правдивы, незавидная судьба ждёт нас, если мы проиграем. Этот паразит, ворующий чужие способности, уважает лишь силу. И только сильным найдётся место в его войске. Слабых же ждёт иная судьба. И если юношей, скорее всего они просто убьют, то девушкам найдут более «достойное» применение. Все ведь понимают, о чём я? Ну-ну, не надо так удивлённо хлопать ресницами. Подобное — не редкость в военное время. Женщин побеждённых врагов испокон веков насиловали и захватывали в рабство.
— Ты, что же, пришла, чтобы запугать нас этим? — почему-то шёпотом спросила Алексис. — Потому что в таком случае, у тебя это прекрасно получилось.
— Я пришла, чтобы предупредить вас. Если до такого дойдёт… не сопротивляйтесь, — возмущённые девушки раскрыли рты, но слова застряли у них в глотках. Настолько они были поражены тем, что им сказала миниатюрная блондинка.
— Это шутка?
— Нет, это совет. От человека, кое-что знающего об изнасиловании, — на этих словах Лили заметно поёжилась. — Штука в том, что это ещё не конец света. После такого можно жить дальше.
— Мы не дадимся им без боя! Будем бороться до конца!
— Борьба не будет иметь смысла, если главное сражение будет проиграно. Не забывайте о том, что их намного больше, чем нас. Даже если вам удастся зубами загрызть первого выродка, положившего на вас глаз и возжелавшего отыметь вас прямо посреди трупов ваших убитых товарищей, на смену ему придёт другой. Борьба ничего не изменит. Разве что, вам могут выбить все зубы в процессе, и то в лучшем случае. Просто позвольте им делать то, что они захотят, и после вам, скорее всего, сохранят жизнь. А если попытаются силой увести с собой, опять же, не сопротивляйтесь. Хотя бы до поры до времени. Подождите, пока они ослабят бдительность. Куда легче сбежать от удовлетворённого и расслабившегося мужчины, чем от озлобленного и возбуждённого. Да, конечно, ваша гордость будет уязвлена, и вы долго не сможете оправиться после такого, но по крайней мере, вы будете живы.
Ещё долго Лили сидела с подругами в абсолютной тишине, давая им поразмыслить над её словами. А после она просто встала и направилась к следующей группе девушек, которых, как ей казалось, она обязана была предупредить.
Во второй половине дня Ник проснулся, сидя в занятом им кабинете. Содрогнулся от приснившегося ему видения, вмиг исчезнувшего из памяти, как только он открыл глаза. Поняв, как долго он проспал, невидимка тихо выругался, а когда он захотел потереть побаливавшие виски, лидер «Новой ветви» обнаружил кое-что в своей правой руке. Небольшой мешочек, полный таблеток, стимулирующих способности Объектов. Юноша вспомнил, о чём он думал перед тем, как заснуть.
Когда дверь кабинета открылась и кто-то вошёл, Николас готов был в срочном порядке спрятать таблетки, но увидев, что к нему пришёл Чад, он передумал, и наоборот продемонстрировал содержимое своей руки. Телепортер с неким осуждением взглянул на него.
— Что, затеял что-то неимоверно глупое? — шутливо спросил он. Тёрнер кивнул.
— Да, но теперь, когда я выспался и мыслю трезво, стало ясно, что идея дурацкая.
— …Дай-ка мне эти таблетки, — невидимка удивлённо уставился на друга, но возражать не стал. Телепортер забрал у него мешочек и погрузил его во внутренний нагрудный карман плаща. — Я прослежу, чтобы никто не сделал с ними ничего глупого и безрассудного.
— Спасибо, — Ник повернулся лицом к окну с потрескавшимся стеклом, слой пыли на котором был столь толстым, что даже солнечный свет с трудом пробивался сквозь него. Невидимка, казалось, пытался взглядом сжечь всю эту пыль, но к несчастью такой способности, как воспламеняющее зрение, у него не было. А ведь она пришлась бы весьма кстати. — Асура и Тесса до сих пор не вернулись?
— Боюсь, что нет. Чувствую себя глупо. Так и хочется помолиться, но я всякий раз вспоминаю о том, что перестал уповать на Бога.
