Битва шла не только снаружи, но и внутри завода. Бойцы вора способностей просачивались в здание через дыру в стене, через парадные двери, через любые достаточно просторные щели. Там их встречали нововетвенники, и между Объектами завязывались новые сражения, на сей раз в замкнутом пространстве, тесноте и мрачном окружении старого, всеми забытого завода.
Калеб и Милли сражались бок о бок на втором этаже, высвободив свою звериную натуру и превратив её в своё преимущество. Им не нужны были пистолеты или ножи. Хватало когтей, клыков и свирепости.
Рявкнув, Мартинес сделал выпад вперёд и схватил одного из подручных Часовщика за нижнюю челюсть, погрузив указательный, средний и безымянный пальцы в рот врага, когда тот открыл его, чтобы издать боевой клич. Непонимание застыло во взгляде Объекта за долю секунды до того, как S-310 резко дёрнул его за челюсть, попросту вырвав её с мясом. Порванные в клочья щёки Объекта повисли изодранными, кровоточащими лоскутами плоти, а его язык вывалился наружу. Ещё один поверженный противник рухнул к ногам синекожего великана.
В то же время Милли буквально перепрыгнула через Калеба и набросилась на следующего врага, тут же пришедшего на смену падшему товарищу. Она полоснула его по горлу бритвенно-острыми коготками, перерезав ему глотку прежде, чем он успел что-либо сделать. Ещё один подручный Часовщика убит, однако ночь ещё так молода, и сражение далеко от своей развязки.
Звероподобная пара Объектов уловила мимолётное мгновение передышки и встретилась взглядами. S-310 и S-336 немного запыхались, и одежда их была безнадёжно испорчена пятнами крови, но в целом они были ещё полны сил. Оба Объекта не смогли сдержать улыбку. В эту самую минуту они нравились друг другу даже больше обычного, ведь сейчас им не нужно было сдерживать свои повадки и инстинкты. Именно на поле битвы они были самими собой на все сто процентов, и ничто их не сдерживало. Будто два обнажённых нерва. Совершенно открытых… и уязвимых.
В разбитое окно второго этажа вдруг влетело что-то маленькое и круглое. Предмет лязгнул за пол, закружившись на месте, подобно упавшей монетке. Освещение на заводе было паршивое, и Объекты не сразу поняли, что же это было такое. Граната. Кто-то швырнул в окно гранату, зная, что там находятся не только враги, но и друзья.
Лица всех Объектов, и нововетвенников, и тех, что работали на Часовщика, разом вытянулись. На несколько секунд те, кто были в помещении и видели гранату забыли о вражде. Главной, приоритетной задачей каждого стало одно: пережить то, что случится через несколько секунд. Остальное потом.
— Ложитесь! — крикнул Калеб и, схватив деву-кошку, сам сделал рывок в сторону от гранаты, прижал Милли к полу и накрыл собой. Остальные Объекты так же побросались в разные стороны.
Прогремел взрыв, сотрясший всё здание. Калеб почувствовал, как на его могучую спину словно обрушился дождь из раскалённого свинца — граната была с шрапнелью. Весь второй этаж поглотило рыжеватое облако пыли и осадков, оставшихся после обработки металлов, что велась когда-то на заводе. Пол, стены и потолок в некоторых местах теперь напоминали швейцарский сыр из-за множества мелких дырочек от шрапнели. Отовсюду что-то сыпалось, доносился кашель и стоны раненных, но точное их местоположение Мартинес определить не мог, уж слишком сильно у него звенело в ушах.
Ещё толком не придя в себя после взрыва, S-310 приподнялся, желая убедиться в том, что с его возлюбленной всё в порядке. Девушка, несомненно, была жива, и на первый взгляд, цела и невредима.
— Калеб… — вот только голос её как-то странно дрожал, в нём слышалась какая-то мука. Это мгновенно встревожило Мартинеса, и он вновь к ней присмотрелся.
Синекожий был так сосредоточен на её голове и туловище, что не уделил должного внимания ногам. Теперь же он заметил алую полосу на внутренней стороне её бедра. Всё-таки Милли тоже задело. Кровь из этой, казалось бы, пустяковой раны, лилась с тревожной быстротой. Калеб почувствовал, как внутри у него зашевелился непередаваемый ужас, какого он ещё никогда не испытывал.
Словно забыв обо всём на свете, Мартинес подхватил девушку на руки, хотя сам ещё не твёрдо стоял на ногах, и быстро зашагал к лестнице, ведущей на первый этаж. Он совсем не замечал разорванных взрывом останков товарищей и врагов под своими ступнями. Зажимая рану девы-кошки ладонью, S-310 всё бормотал: «Всё будет хорошо… хорошо…», пытаясь успокоить то ли Милли, то ли себя. А ведь брюнетке за считанные секунды становилось всё хуже. Она буквально холодела в его руках.
Спустившись на первый этаж, где тоже битва была в самом разгаре, Калеб сразу отыскал взглядом того, кого искал. Мэри, забившись в угол и спрятавшись за грудой металлолома, изо всех сил старалась не попасть под шальную пулю. Не обращая внимание на врагов, Мартинес пробежал через весь этаж и, достигнув целительницы, наклонился и осторожно опустил Милли перед ней, спрятав и её за грудой.
