Было ясно, что «пожалуйста» она добавила лишь потому, что так ее учили, но Брайсу не оставалось ничего иного, как только подчиниться. Он поднял Кайлу на руки и прижал к себе. Когда малышка начала вырываться из крепких объятий отца, он посадил ее на кровать рядом с Бронвин и поглядел на няню, которую, очевидно, только заметил.
— Извините, Бронвин, — неуверенно пробормотала Катрина, смущенная острым взглядом Брайса, — когда вы не пришли домой вовремя, я позвонила в ресторан и мне передали, что случилось. Прежде чем привести Кайлу сюда, я поговорила с врачом, и он сказал, что вы не заразны… У меня сегодня свидание и я подумала…
— Вы подумали оставить маленькую девочку в больнице с ее больной матерью? — с возмущением закончил за нее Брайс.
Девушки явно было не по себе, и он снова посмотрел на Бронвин. Мать и дочь сидели, прижавшись друг к другу лбами, и словно общались без слов. Это было удивительное зрелище, и Брайс на мгновение замер, но тут же опять ринулся в атаку.
— И вот таким безответственным людям ты доверяешь нашу дочь?! — Катрина уставилась на него широко раскрытыми глазами, но он, проигнорировав ее удивление, продолжил: — Спасибо, мисс, мы больше не нуждаемся в ваших услугах. Рик, пожалуйста, узнай сколько денег мы должны юной леди и рассчитайся с ней.
— Я сама могу заплатить своей няне! — яростно прошипела Бронвин.
Брайс стоял к ней спиной, пока Рик выводил Катрину из палаты, и никак не отреагировал, поэтому, когда он повернулся, она повторила:
— Я могу сама заплатить няне, черт побери!
— Не в твоем положении упрямиться, учитывая, что ты только что потеряла работу, за которую, кстати, получала гроши.
Кайла хмуро поглядела на Брайса, и это тут же его отвлекло.
— Эй, ангелочек, — приветливо сказал он и присел у кровати, чтобы встретиться с дочкой взглядом.
— Почему ты такая сердитая?
— Мамочка спит. Ш-ш-ш!
Брайс удивленно моргнул, а затем посмотрел в потемневшие глаза Бронвин.
— Похоже, у нашей дочери больше здравого смысла чем у нас.
Он ласково улыбнулся малышке, которая нежно гладила свою маму по волосам.
— Ты не в состоянии спорить сейчас, Бронвин. Просто делай, как я говорю.
Бронвин ахнула от его наглости и собиралась возразить, но Брайс уже снова обратился к Кайле.
— Малышка, ты знаешь кто я? — Он не отрываясь смотрел на дочь. Она была идеальным сочетанием обоих родителей. Например, у нее были его глаза — такие светло голубые, что порой казались почти серыми.
— Дядя, — радостно указала Кайла.
Брайс повернулся, увидел брата, вернувшегося в палату, и с усмешкой кивнул.
— Правильно, это твой дядя Рик.
Рик сначала выглядел ошеломленным, а затем довольным. Казалось, его просто распирает от гордости.
— А я твой папа, — продолжил Брайс. — Ты можешь сказать: «Па-па»?
— Что это ты делаешь?! — Бронвин была настолько возмущена, что произнесла это громче, чем хотела.
Кайла испуганно моргнула и расплакалась.
Брайс беспомощно уставился на плачущую дочку, похоже, не зная, что делать, а Бронвин, не в силах сдержаться, продолжила бушевать:
— Как ты можешь просто взять и сказать ей такое? Как ты можешь…
Кайла заплакала еще сильнее, и Брайс растеряно погладил ее по макушке.
— Перестань игнорировать меня, черт возьми! Ненавижу, когда ты так делаешь! — негодовала Бронвин.
Когда Брайс поднял голову и увидел выражение ее лица, его взгляд потемнел.
— Это ты! Это из-за тебя она плачет, — кипел он. — Я думал, это я сделал что-то не так, черт тебя дери!
Бронвин с недоумением посмотрела на Рика, который стоял позади брата.
— Он что меня не слышит?
Рик ничего не ответил, но от его взгляда повеяло арктическим холодом.
— Почему бы тебе не спросить об этом у меня? — насмешливо спросил Брайс.
Бронвин поняла, что он услышал ее вопрос и мысленно отругала себя за глупое предположение.
«Конечно, он слышит».
— Но ты уже и так знаешь ответ, верно? — продолжал насмехаться Брайс, и она почувствовала себя полной дурой.
Кайла перестала плакать, прислонилась головкой к груди Бронвин и засунула пальчик в рот. На Брайса она посматривала с опаской.
— Как тебя зовут, ангелочек? — нежно спросил он.
Кайла не ответила, ее глазки закрывались, и она начала засыпать.
— Ее зовут Микайла, — сказала Бронвин, но Брайс, не сводивший взгляд с дочери, опять ее проигнорировал.
— Давай, скажи мне, как тебя зовут, — снова попросил он.
Кайла вытащила большой палец изо рта и соизволила ответить:
— М-кайла.
Она не подняла голову и не открыла глаза, когда назвала свое имя так, как привыкла.
Брайс смущенно глянул на Бронвин.
Она вздохнула и повторила:
— Ее зовут Микайла.
Он еще больше нахмурился и, похоже с отвращением, поморщился.
— Будь ты проклята, Бронвин! — прорычал он.
Бронвин ахнула.
«Ему не нравится имя?»
Она назвала дочь в честь него — второе имя Брайса было Майкл.
«Или он считает это лицемерием, поскольку, похоже, считает, что я лишила его дочери?»
Брайс выглядел сердитым, обиженным и расстроенным одновременно. Он продолжал смотреть на дремлющую дочку, то и дело сокрушенно вздыхая и потирая глаза.
Бронвин не понимала, почему он так себя ведет.
