– Наливай кофе, только не крепкий. Посуда лежит…
– Я вижу,– Софья Петровна достала кофейную кружку.– А ей можно?– с сомнением добавила она.
–Другого выхода нет,– Арцыбашев, с помощью вилок, прямо на сковородке свернул блин рулетиком и переложил на узорчатую тарелку.– Готово…
– Иди-ка сюда!– женщина тепло поцеловала сына в щеку.– Где ты только этому научился?
– Подсмотрел у повара,– скромно похвастал Арцыбашев.
– Я займусь сервировкой,– сказала довольная Софья Петровна.
– Не забудь кофе!
Когда готовое блюдо ожидало на столе, Арцыбашев вернулся на кухню.
– Сынок?
– Совсем забыл,– он пришел с еще одним блюдцем. На нем горкой лежала мелко нарезанная, свежая зелень. Взяв щепотку, посыпал рулетик.
– Теперь все. Пора будить гостью.
Софья Петровна посерьезнела.
– Мне идти?– спросил Арцыбашев.
– Ты же помнишь вчерашний уговор?
– Помню,– мужчина немного помрачнел. Он привел себя в порядок – застегнул рубашку, надел жилетку и пиджак. Женщина помогла ему завязать галстук, а потом бросилась ему на грудь:
– Прости меня, сынок… Ты был прав… Прокофий этот, будь он трижды проклят!..
– Что? Нахамил?! Угрожал?! Мама…– Арцыбашев схватил ее за плечи, отдирая от себя.– Что он сказал?!
– Да пьяный он был в усмерть! Наговорил много… про меня – мол, ведьма старая… про Нику… даже вспоминать не хочу!– плачуще сказала женщина.
– А ты вспомни,– процедил сквозь зубы доктор.– Что он сказал про мою дочь?
Софья Петровна, качая головой от ужаса, громко зашептала:
– Связалась Анна с чертом… чертовку родила… Пальцем в Нику тычет и орет: «Вижу рога прорезаются, хвост из-под юбки торчит!» Ника заплакала, а он хохотать стал… его оттуда насилу утащили…
«Совсем рехнулся,– понял Арцыбашев.– Теперь на свободе недолго пробудет. Я-то уж ему организую пансион в желтом доме».
– Успокойся, мама,– он ласково обнял ее и поцеловал в горячий висок.– Я пойду к Нике, а ты приведи себя в порядок.
– Хорошо, сынок…
Арцыбашев вошел в детскую. Ночник выключен, шторы убраны. Девочка, в пестрой пижаме, лежала на кровати спиной к нему, рисуя пальчиком на стене что-то невидимое.
– Ника,– мужчина подошел к ней.– Почти девять. Пора вставать, собираться. Мы тебе завтрак приготовили.
– Я не голодна…– тихо ответила девочка.
Арцыбашев присел возле нее.
– Ника, какая же ты упрямая…– ласково, с дрожью в голосе произнес он.
– Почему ты не сказал, что мама умерла?
– Не хотел тебя расстраивать.
– Там, на кладбище…– Ника всхлипнула.– На кладбище дедушка…
– Да какой он тебе дедушка, милая моя?– Арцыбашев перевернул дочь. Она одним рывком бросилась ему на грудь.
– Я не чертовка…– плача, заговорила она,-…нет у меня ни рогов, ни хвоста…
– Как и у меня,– Арцыбашев с удивлением понял, что в его голосе застрял горький комок.
– Он сказал – ты маму удавил… Ты ее…
Арцыбашев, медленно качая дочь, украдкой вытирал слезы со своих глаз.
– Не думай о нем, как о дедушке. Раз уж ты коснулась темы смерти… Посмотри на это так – старик лишился жены и дочери. Ему нужно, чтобы кто-то рядом оказался виноват, оказался злым.
– Ты не злой,– возразила Ника.
– Надеюсь, что нет. Время злое. Оно всегда и ко всем злое.
– Я люблю тебя…– девочка уткнулась ему в грудь, шумно задышала.– Я так люблю тебя, папа…
– И я тебя, милая моя…– жмурясь от слез, прошептал Арцыбашев.– Мое любимое, милое солнышко…
– Я не хочу к бабушке. Хочу с тобой остаться…
– Я бы тоже хотел, но…– Арцыбашев запнулся. Как можно объяснить маленькой девочке бесконечные, сложные вопросы взрослого мира?
– Ты приезжай под Новый год,– предложил он.– Поставим елку… Будут у нас игрушки, и подарки – целая куча!
– А когда мы вернемся?– девочка вскинула голову, ее глаза сверкнули надеждой.
– К середине декабря, надеюсь.
– Я буду тебе писать,– пообещала Ника.
– Хорошо. Только не забрасывай фортепиано и французский.
Когда Арцыбашев и Ника пожаловали в столовую, было почти половина десятого.
– Наконец-то!– Софья Петровна устало вздохнула.– Я уже начала подозревать, что вы там оба заснули.
Завтрак давно остыл, но девочке все равно понравилось.
– Неужели папа сам приготовил?– удивленно спросила она.
– Сам,– довольной улыбкой ответила женщина. Она то и дело поглядывала на часы.
– Не волнуйся, успеем. На машине вмиг долетим,– пообещал Арцыбашев.– Водитель-то не уволился?
– Нет. Он сразу заявил, что уйдет только вместе с машиной. Так что если решишь ее продавать, не забудь упомянуть в объявлении про Гришку.
– Велю ему готовить машину,– Арцыбашев пошел искать водителя.
Тот, уткнувшись в углу комнаты для слуг, все еще спал.
– Григорий, подъем!– вскричал доктор.– Японец наступает!
Парень резко всхрапнул и дернулся. Его худое тело вытянулось в струну, а мутные со сна глаза тупо уставились на хозяина.
– Ты что, до сих пор дрыхнешь, окаянный!– накинулся на него Арцыбашев.– Все новости проспал?!
– Как… какие новости?..
– Вторая эскадра разбита, Владивосток взят, Китай вторгается в Сибирь! На Петербург идет английский флот – бомбить здания и жечь дворцы!
– Ой, ё-мое!– Гришка в ужасе подскочил.– Что же делать?
– Меньше спать, увалень,– Арцыбашев щелкнул его по носу.– Готовь машину, мы уезжаем.
