Дыхание Декана понемногу восстановилось. В темноте можно было разобрать стоящий чуть правее входа металлический ящик у квадратной стойки стеллажа. На ящике он увидел какую-то надпись: буквы нанесены чёрной краской по шаблону, но их было не разобрать. К артерии на его шее вновь прикоснулись смуглые пальцы санинструктора и её красивые губы еле заметно дёргались, отсчитывая секунды.
– Не очень, но что есть, то есть, – заключила Настя после беглого осмотра раненого. – Тошнит?
– Почти нет. Сейчас нормально, – прохрипел Декан. Он чувствовал, как сердце постепенно входило в привычный ритм, но удары становились всё слабее и болезненнее.
Рядом опустился на правое колено Вадим.
– Шатает?
– Да ему сейчас на носилки надо, а не стометровки бегать, – стараясь не шуметь, причитала Настя.
Старый взял Декана за руку:
– Потерпи немного – скоро всё будет! Вертушка прилетит! Нам нужно только контроль за площадкой восстановить – для посадки места здесь хватит.
– Командир, всё нормально, дыхалку просто на рывке сбил, – Декан, что есть силы сжал кисть Старого, а в зрачках было немое: «Не надо!»
Вадим замолчал: он прочёл послание.
Мессия нарушила тишину:
– Я могу здесь остаться с ним, присмотреть. Ворота-то закрыты теперь – нас не видно. А если калитку открыть, – девушка указала на небольшую дверцу в правой створке ворот, – я смогу контролировать подходы к складу со стороны руин.
Настя закончила фразу щелчком передёрнутого затвора на её укороченном автомате. В полутьме она не заметила, что увидел командир в лице Декана.
Старый почти сразу ответил ей:
– Да. Вы будете нас прикрывать. А ты, профессор, сможешь держать оружие, если тебе упор выставить? – он вновь посмотрел на Декана.
– Даже упора не надо. Сейчас пару раз ещё вздохнуть и хоть на штурм! – «биолог» пытался придать голосу оттенок бодрости. Его лицо было непривычно серым, а черты необстрелянного задумчивого чудака сейчас будто обгорели, превратились в безжизненный пепел. Зрачки измученных глаз стали угольками агонии. Декан попытался улыбнуться, но губы в ужасе искривились от одной мысли о том, что сейчас с ним происходит.
– Держите вход, обо всём докладывайте по связи! Гора, Рысь, закрыть вторые ворота на склад, прочесать здесь каждый угол и не отходить далеко от поста. – Командир посмотрел снова на Декана, на его гримасу благодарности и одновременно с этим ужаса, смешанного с гневом. – А мы пройдём в соседний склад через здание по короткому пути. Ищите следы других «Раскатов»: они должны были уже прибыть сюда! Обо всём обнаруженном: существах, странном оборудовании, персонале – докладывать немедленно! Связь по рации! Выходим!
Юра наблюдал за людьми, удалявшимся по бетонному проходу. Он опёрся на руку, чтобы встать. В этот раз судороги были не такими сильными, и ему быстро удалось подняться. Декан прошёл немного в сумраке обесточенного огромного склада и осторожно сел рядом с Настей у открытой металлической двери-калитки. Девушка заняла позицию, чуть отойдя от самого проёма, чтобы видеть большую часть погрузочной площадки, руины и границу леса, но самой не мелькать на фоне тёмного прямоугольника. Тёмное пятно – именно так сейчас из чащи выглядел единственный открытый вход в складской комплекс.
Мессия всматривалась вдаль, чуть опустив автомат. Щиток на её коленке немного потёрся, на нём была хвоя со склона горы. Женские короткие пальцы, казалось, утопали в чёрной перчатке со встроенной защитной пластиной над костяшками.
– Насть, я у себя двух шприцов не досчитался. Ты мне их вколола? – голос Декана был тихий.
– Да. Я бирку АП‑3 не смогла найти в тот момент, а они были похожи на антидоты четвёртого поколения. Их же можно совмещать, – на секунду она перевела внимание с площадки на помрачневшего кареглазого сослуживца.
– Можно, в безвыходной ситуации. Спасибо тебе, солнце, – Декан улыбнулся, смотря на свою спасительницу, утаив от неё то, что четвёртое поколение антидотов всё ещё оставалось экспериментальным, малоизученным. Но он не мог позволить себе признаться в этом Насте и обречь её на чувство вины.
Мессия улыбнулась в ответ, немного покраснев:
– До базы как доберёшься – вот тогда точно благодарить можно будет.
Декан, прислонившись к створке ворот спиной, посмотрел на лучи света, в некоторых местах прорезающие серый ковёр пасмурного неба. В его памяти всплыли указания с инструкции к препаратам: «От двух до трёх часов». Его веки становились всё тяжелее, хотелось прикрыть ими помутневший взгляд, уставившийся в пустоту.
***
