Высокий человек с примесью орочьей крови указал молодому мастеру на пленных, выказав некоторое недовольство. Вместо ответа молодой мастер ловко подбил ноги эльфу, от чего тот упал на колени, потом стянул волосы на затылке, демонстрируя уши, ткнул пальцем в его ошейник, попутно что-то объяснил, показывая на других пленников. И на темного, кстати, тоже. Точно представителей старших рас не видели. Полуорк задумчиво кивнул и обратился к истинному мастеру, тот благосклонно кивнул в ответ и, видимо, пошутил, потому как все заулыбались. На этом все закончилось, их загнали обратно в кладовку и вспомнили только поздней ночью.
Погрузили в очередную машину без окон, недолго куда-то везли. Выгрузили во внутреннем дворе какого-то здания и быстро загнали в подвал, где разделили на мужчин и женщин. Андрэа с эльфийкой завели в комнату, освободили от оков и ошейников, сняли липкую ленту с губ. Больно. Один из людей попытался пообщаться с ними, но языковой барьер преодолеть не удалось. Тогда он по очереди намазал им с эльфийкой пальцы черной краской, на специальном бланке сделал отпечатки, тщательно прокатав по бумаге каждый палец, затем заставил их приложиться лицом к странному прибору, и все.
После непонятной процедуры их провели в ДУШЕВУЮ! Андрэа остолбенела на пороге, удивилась даже надменная эльфийка. Нет, она, естественно, знала, что такое душ, в городских купальнях бывала частенько. Смысл здесь совершенно в другом. Душевая для этих людей была обыденностью! Простенькая серая плитка, простенькие лавки у стен, да любая купальня в провинции выглядит лучше, но далеко не в каждой провинциальной купальне есть душевые.
Сопровождавшая их женщина показала, как включать воду, жестами объяснила, куда бросать их изорванную одежду, выдала по полотенцу и куску душистого мыла в красивой обертке. Обертка тоже очень интересная, рисунок и надписи на незнакомом языке, наверное, языке пятнистых. Буквы четкие, даже самые маленькие, явно типографская работа, от руки так не напишешь. С самим душем тоже странность, вентилей было два, но температуру воды отрегулировать оказалось невозможно, из обоих текла холодная. Ну и ладно, ей не привыкать, герцогское содержание не столь велико, чтобы она постоянно мылась горячей водой, а после всех приключений, так вообще, и холодная величайшее благо. Однако насладиться процессом ей не дала эльфийка, демонстративно покашляла, привлекая к себе внимание. Без ошейника Андрэа остро чувствовала переполняющие ее эмоции – страх, раздражение, нетерпение и непонимание. И демонстративно не отреагировала, надо, пусть нормально обращается.
– Магесса, – сделала эльфийка вторую попытку заговорить после длительной паузы.
– Чем могу, эрла? – Ага, эрла, усмехнулась про себя девушка, как маг она слабовата, в лучшем случае из захудалого младшего Дома. На мать троих детей тоже не тянет. Ну да у нее язык не сломается, а эта пусть держит ее за деревенщину, может, пригодится.
– Вы не просветите меня насчет поведения своих соплеменников?
– Здесь все просто, они еще не определились со своим отношением к нам и не знают, что с нами делать. Особенно со старшим народом.
– Да, у меня тоже сложилось впечатление, что эльфов они никогда не видели. И какие мысли по поводу нашей дальнейшей судьбы?
– Запрут по камерам до дальнейшего выяснения ситуации, – пожала плечами Андрэа, – потом пришлют разумника, который нас допросит с камнем правды, или что у них вместо него, на основании допроса примут решение.
Эльфийка заткнулась, что не могло не радовать, только ее нытья не хватало для полного счастья. Пока они мылись, вернулась их провожатая с комплектами одежды. По фасону – как у пятнистых, только в цветах преобладали оттенки серо-синего с разбросанными по ним черными пятнами. В качестве обуви выдали простенькие тапки без задников, какие обычно носят летом крестьяне. Совершенно обычные, если бы не материал, из которого они сделаны, никогда такого не видела. Ничего такие, удобные. Дальше, как она и предполагала, их развели по камерам.
Те еще камеры, с водопроводом и удобной постелью, ярким магическим светильником, вмонтированным в потолок и забранным решеткой. Камера? Да комната, которую она снимала в Тиане, была куда хуже. Про удобства и говорить нечего, ночной горшок под кроватью, вот и все ее удобства. А тут водопровод, как в самых богатых домах. На маленьком столике ее уже ждал ужин. Какие-то вареные зерна с самой настоящей котлетой, кусок дорогого белого хлеба и кусок простого серого, горячий ароматный напиток и незнакомый зеленый плод размером с два ее кулака. Все просто, но очень вкусно, или, может, ей так показалось после гоблинской кормежки? Нет, не показалось, действительно вкусно. Интересно, они что, приняли ее за благородную, или здесь ко всем магам так относятся? Как студентка факультета разума девушка постоянно посещала на практических занятиях городскую тюрьму, надо же будущим разумникам на ком-то тренироваться, так вот это небо и земля. С такими мыслями она провалилась в сон.
