Раскол [СИ] полностью

— Наверное, я слишком слабая, раз никого из них не смогла убить. Понимаешь? Мне духу не хватило этого сделать. Я часто ходила и хожу на охоту, убиваю животных, но чтобы убить человека? Чтобы прервать жизнь? Зачем? Из-за мести? Я каждый раз убеждала себя в том, что они нелюди, но это не помогло. Хотя знаешь, недавно все-таки убили одного из них. Того, кто руководил отрядом. Его звали Интерфектор и его убил ведьмак. И ты не представляешь, как я рада.

«Тот самый, которого убил Джокомбо» — подумал про себя Билл.

— …А знаешь, что я еще услышала? Что меня якобы выбрала какая-та там Хель из Хельхейма и требует меня. Понимаешь? Все это было сделано, ради какой-то…

— Хель — перебил ее Билл — Владычица Мертвых. Она Богиня и я знаю такую же девочку, кого выбрала она к себе. Ее звали Хоуп. Почему звали? Она мертва. Она убила главную из ведьм и погибла сама. Почему ты смеешься? Чем тебя так насмешил этот разговор? С чего ты решила, что она жива?

Вместо ответа девушка еще больше засмеялась, а потом сказала:

— Потому что Смерть нельзя убить. Ведь ее выбрала Хель.

(Настоящее время.)

В темном лесу, где нет ни одной живой души, где обитают невиданные твари, расположили гномы свой лагерь и громко хохотали на всю округу.

Время было позднее, уже стрекотали кузнечики, уже на небо взошла полная луна и выли неподалеку волки, а этим гномам было все нипочем.

Они весело сидели за костром, жарили только что пойманного зайца и пили свой знаменитый гномский напиток, который так кружил голову. Неподалеку от них паслись лошади. Лошади все были чистокровные, чистые и ухоженные.

Время шло, а гномы так и сидели возле костра и не хотели ложиться спать, хоть время и было позднее.

Как известно, у гномов имена такие, что можно язык вывернуть наизнанку.

Вот и у этих были хоть и странные, но чертовски легкие и созвучные для их песен.

Итак, в этой кампании, как обычно, первым был Октопус. Он был самый старый из гномов, ему было под семьдесят уже. Следом шел Фир, а самые молодые — Муфилин и Нюхакрыл.

Все эти старые гномы уже двадцать лет не видели своих домов и родных. Но они не переживали, как раньше. Они все были уверены, что никого не осталось поэтому так спокойно и весело сидели и разговаривали в этом Богом забытом месте.

— А, вот еще одна сказка! — сказал Муфилин, сидя ближе всех к костру.

— Какая? — спросил Октопус — про голых баб с хвостами не надо. — Октопус думал что это остроумно, но его так никто и не поддержал.

— Нет — отмахнулся Муфилин — эта — про ведьму.

Все остальные гномы резко рассмеялись и принялись дальше есть.

— Но не простую ведьму! — не унимался Муфилин. — она ведь еще убийца чудовищ!

— Муфилин — сквозь смех сказал Октопус— Нет таких. А вот мясо есть. Так что ешь и не выдумывай.

Муфилин обиженно стал есть мясо и на всех смотреть с горечью. Муфилину хоть и было меньше всех— сорок девять, но после драки за родные шахты он стал немного не в себе и поэтому никто из гномов не обижался на него.

Вдруг Муфилин выплюнул кусок мяса и пальцем указал в кусты.

— Там кто-то-о есть — сказал он дрожащим голосом.

— Не дури — сказал Фир. — Нет там никого.

— Но я точно видел! — вскричал Муфилин и забился дрожью.

— Я тоже что-то видел — сказал Нюхакрыл.

Фир встал с бревна, зажег факел и направился к кустам, куда указывали два гнома.

Как-только он раздвинул кусты, то увидел два больших василисковых глаза и от неожиданности упал наземь.

— Матерь Божья — шепотом сказал он — Это еще что за… — Но договорить он не успел, так как тот, кто был в кустах сам вышел и тогда гномы обомлели от страха.

Перед ними стояла девушка лет семнадцати, с седыми волосами до плеч и василисковыми глазами. У нее был маленький след от шрама на лице и один свежий: возле губы. У девушки на поясе был меч: красивый, ручной работы. Еще гномы заметили остроносые ботинки, в которых была девушка.

Когда девушка подошла к гномам, только один Октопус что-то вспомнил.

Будто, видел это лицо раньше. Хотя если бы увидел, то наверняка запомнил.

— Мне нужен конь — сказала она хриплым, осипшим голосом. — А еще вода и еда. У меня ничего нет, есть только он — она достала меч из ножен и поднесла Октопусу. — Я отдам его вам, он хороший.

Октопус молча осмотрел меч и понял, что сталь необычная: она была закалена в огне дракона, сам металл тоже был редким: он были сделан из неизвестного гному метеорита. На мече была гравировка: «praesumptio» что означало — Надежда.

А Октопус все искоса смотрел на девушку, не решая заглянуть в глаза.

— Этот меч мне будет совестно принять у вас — сказал он — Сядь с нами, спутница, и расскажи свою историю.

Девушка немного поколебалась, а потом все-таки села возле костра и с благодарностью приняла кусочек зайца, который ей предложил Фир.

В свете пламени огня, гномы увидели что у девушки не все волосы были седые, а лишь часть. Они увидели, что ее естественный цвет — каштановый.

— Меня зовут Хоуп — сказала она, когда кусок мяса ее был съеден. — Моя история очень долгая и…я бы сказала немного пугающая…